Клоны. Собрание сочинений в 30 книгах. Книга 13

Она… Вам больше не понадобятся скоростные камеры, чтобы увидеть…

– Понятно, – протянул Форестер, и неожиданно тон его стал жестким. – Я буду через час-полтора. Уйдите в лес, если там есть, где спрятаться. Вы можете поставить машину так, чтобы ее не увидел патруль?

– Нет, здесь…

– Тогда отгоните к повороту и оставьте на обочине.

Услышав короткие гудки, Себастьян повесил трубку, вернулся к машине и не обнаружил Памелу на переднем сидении. Сзади тоже никого не было. Он почувствовал себя так одиноко, будто оказался на необитаемом острове.

Почему-то подумал, что Элен увлекла Памелу с собой в один из множества ее миров, куда-то, где она чувствует себя лучше, чем здесь, и понимает больше, и больше знает, есть же такой мир…

– Басс! – голос жены доносился, кажется, из-под земли, и лишь прислушавшись, а потом приглядевшись, Себастьян увидел руку Памелы, махавшую из-за дерева.

– Я сейчас! – крикнул Себастьян, сел за руль, задним ходом доехал до поворота, выехал на шоссе, здесь было довольно оживленное движение, и он подумал, что трудно будет сделать то, что собирался.

Господи, пусть будет так, чтобы все получилось!

Еще одна проселочная дорога сворачивала влево, Себастьян проехал четверть мили и обнаружил то, что искал – довольно глубокий кювет: если спустить туда машину, с дороги ее не будет видно, разве что кому-нибудь придет в голову обшаривать окрестности.

Он так и сделал, а потом побежал обратно – нельзя надолго оставлять Памелу с Элен одних, мало ли что, скорее, колет в боку, раньше я был хорошим бегуном, а сейчас ноги, как бревна, ну давай, лишь бы с ними ничего не случилось, вот поворот, вот таксофон…

– Басс!

Себастьян повалился на устланную прошлогодней сухой листвой землю и, тяжело дыша, приходил в себя после бега.

Памела склонилась над мужем.

– Что? – спросила она.

– Форестер приедет за нами, – сказал Себастьян, отдышавшись. – Где Элен?

Он и сам ее увидел.

Девочка бродила от дерева к дереву, таская за собой за руку свою любимую куклу, и напевала песенку. Себастьян не слышал слов и почему-то решил, что поет Элен по-русски.

– Я заметила, – сказала мужу Памела, – это начинается, когда Элен чего-то пугается. Когда мы ехали… А сейчас ей хорошо. Я давно обещала ей поехать в какой-нибудь лес…

– А ты сама? – сказал Себастьян. – Ты больше не боишься?

– Элен! – крикнула Памела.