Час урагана. Собрание сочинений в 30 книгах. Книга 5

Он не устроил бы эту авантюру, если бы не получил окончательного, с его точки зрения, ответа. В голове он это держать не мог. Надо найти текст. Вы уверены, что текста нет в его домашнем компьютере? Он мог не посылать статью в сеть, хранить на жестком или на лазерном диске, вы все проверили?».

«Нет, конечно».

«Вы можете попросить сделать это кого-нибудь из московских коллег Черепанова?».

«Я – нет, Евгения Алексеевна может. Но толку от этого не будет – компьютер в квартире на Вернадского, ключ у Евгении Алексеевны (и у самого Николая Генриховича, конечно).

«Да, не годится. Может, в компьютере на работе?».

«Я скажу Евгении Алексеевне. Свяжемся с кем-нибудь из его отдела, я этих людей знаю плохо, электронные адреса есть в почте Николая Генриховича, я их вижу».

«Время идет, – напомнил Новинский. – Попробуйте прямо сейчас, ситуация чрезвычайная».

Я попробовал. Собственно, это было просто: составил и послал по двадцати шести адресам письмо с просьбой при первой же возможности поискать в компьютерах лаборатории внегалактической астрономии документы с такими ключевыми словами…

Я не ждал ответа раньше утра, но получил почти сразу, не прошло и десяти минут.

«Я нашел несколько документов, – было в письме. – Не уверен, что это то, что Вам нужно, пересылаю, смотрите сами».

«Получилось!» – написал я Новинскому и получил в ответ изображение улыбающейся рожицы.

«Перешлите и мне, – попросил он, – подумаем вместе, у меня есть кое-какие соображения, но я не уверен в том, что они достаточно безумные, чтобы быть верными».

Фраза показалась мне двусмысленной, учитывая обстоятельства, но я оставил свое мнение при себе, отослал четыре текста, присланные из Москвы, и вывел на экран первый из них, сразу посмотрев на дату создания и последнего редактирования документа. Файл был создан 4 января нынешнего года (прошло почти семь месяцев), а редактирован в последний раз 23 июля.

Не приступая пока к чтению, я вывел и посмотрел данные остальных трех текстов. Время создания: 30 января, 1 февраля и 6 марта, дата последнего редактирования 23 июля. Даже время почти совпадало: 15 часов с минутами, интервалы оказались совсем маленькими, по две-три минуты между записями. Кажется, это был последний день, когда Николай Генрихович выходил на работу перед тем, как отправиться в экспедицию.

Я вернулся к первому документу.