Час урагана. Собрание сочинений в 30 книгах. Книга 5

А может, я не расслышал интонацию? – Поедете на нашем «жигуле». В семь будьте у выхода, договорились?

– Да.

– Кстати, – добавил капитан. – За номера в гостинице платить не нужно.

– Но мы…

– Значит, в семь, – сказал капитан и отключил связь, не попрощавшись.

– Интересно, – пробормотала тетя Женя, – кто заплатил за этот отель?

– Наверно, – предположил я, – это входит в смету поиска пропавших. Кстати, вы знаете, сколько стоит номер?

– Догадываюсь, – сухо сказала тетя Женя.

Я промолчал.

– Если ты догадался, – сказала тетя Женя, – просвети меня. Время есть. Молчать не могу. Говори, пожалуйста.

– Номер стоит…

– При чем здесь номер? Если ты… об этом… разуме планеты.

– Ну да, – сказал я. Мне тоже надо было выговориться – может, я вообще все неправильно понял, и тетя Женя права, когда думает (ей не нужно было это говорить, я видел по глазам), что у ее Коли не прошли остаточные явления после той страшной ночи.

– Минимальное воздействие, – продолжал я. – В космологии это тоже очень важная вещь. Я читал о реликтовом излучении… Об этом даже в новостях по телевизору говорили в свое время. Вроде реликтовое излучение совершенно равномерно по всему небу, да? И вдруг обнаружили очень маленькие отклонения. На тысячные доли процента…

– Десятитысячные, – поправила тетя Женя.

– Тем более. И оказывается, из-за таких маленьких отклонений приходится менять всю теорию Большого взрыва.

– Не всю, положим, – недовольно сказала тетя Женя, – но в теории инфляции…

– И о семинаре вы рассказывали, когда американец приезжал, и Николай Генрихович пытался выступить. Его быстренько заткнули, и это с тех пор он стал говорить, что потерять научную репутацию можно мгновенно, а чтобы восстановить, бывает, и жизни не хватит.

– Да, – сказала тетя Женя. – Репутация, авторитет для Коли – вещи… наверно, не самые главные в жизни… но без них в науке делать нечего.

Репутацию строишь годами, с университета, уже на третьем курсе о Коле говорили, он тогда сделал работу по магнитной аккреции, это была новая тема, и он изящно обошел проблему Бонди… А после аспирантуры его считали самым знающим специалистом по межгалактической среде.

– На выборах в Академию его все-таки прокатили, – напомнил я.

Это была давняя история, ни тетя Женя, ни Н.Г.