Даркут. Великий перелом

– Приехали, господин, – сказал лодочник, и тронул пассажира за плечо.

Бульгарус Николада, кряхтя, вылез из лодки. Взошел с канала по ступенькам на улицу, мощеную булыжником.

Стемнело, фонарщики ходили по городу и зажигали масляные фонари.

Профессор подошел к четырехэтажному зданию, самому высокому на улице. Постучал. Никто не открывал. В здании царила тишина.

Профессор открыл незапертую дверь и вошел. Внутри темно. Бульгарус Николада прошел по коридору, споткнулся о ступеньки. Выругался. И услышал наверху звуки.

Кто-то разговаривал.

Профессор поднялся на второй этаж. Звуки шли с третьего. Он прошел выше, прошел коридором и вошел в комнату, откуда доносились звуки.

Посередине комнаты большой стол, около двух десятков стульев. Окна во всю стену. У стены камин, в нем тлели угли. Возле камина кресла. В одном сидел виконт Вига да Карманьона и глядел на собеседника. В другом – седой мужчина в грязном старом плаще, вытянув босые ноги на холодном каменном полу. Профессор узнал графа Кастеля да Карманьона, отца виконта.

Граф покачивал головой, и говорил:

– Хватит, Ромитбал. Прекрати, Ромитбал. Не надо, Ромитбал.

Отец и сын не обратили на профессора внимания.

– Что случилось, виконт? – спросил Бульгарус Николада.

Виконт повернулся к профессору, и тот заметил, что по щекам юноши текут слезы.

– Мы обнаружили его вчера в таком состоянии, – ответил виконт. – Лежал на берегу канала в паре кварталов отсюда. Старая одежда, непонятно откуда взялась. Твердит про Ромитбала, не умолкает.

Врачи не могут понять, что случилось.

– Весьма прискорбно, – сказал профессор.

– Это не все, профессор. Они убили матушку и сестру. Их зарезали ночью в собственных спальнях.

Профессор покачал головой.

– Я слышал, что проконсул открыто поддержал проект семейства Самарра о войне с Гальбанией. В таких случаях противники нового курса уничтожаются. Это ритуал "очищения грязных вод". Ваше семейство подвергнуто показательной порке, виконт. Сожалею.

– А еще пропала моя невеста. Зачем она им понадобилась?

– Сынок, твоя жизнь тоже под угрозой.

Разум графа отравлен галлюциногенными ядами. Невесту ты, скорее всего, больше не увидишь.

Виконт встал и подошел к окну. На боку шевельнулась шпага. Ветер шевелил густые волосы.

– Вы были правы, профессор. Они все покинули нас. Друзья семейства не отвечают на мои просьбы о помощи. Мои товарищи заявили, что не знают меня. А ведь они каждый день гостили в нашем особняке.

Профессор подошел к юноше.