Что-нибудь светлое… Собрание сочинений в 30 книгах. Книга 8

Полгода назад нам удалось увеличить вероятность бесконтактного наблюдения до девяноста двух процентов, а сейчас заканчивается монтаж аппаратуры, и мы получим вероятность девяносто девять процентов, представляете?

Он подумал, что берет на себя слишком много, говоря «мы», он всегда так и думал: «мы», никогда не отделял себя от остальных сотрудников, но сейчас, когда его слушала Тами, не мог даже перед собой кривить душой и добавил:

– Конечно, моя роль в этом маленькая, я теоретик, просчитываю модели, у меня даже собственных идей маловато.

Но теоретик я хороший…

Он запнулся. Как он это сказал… Никому другому не стал бы так говорить о себе. Не из скромности, хотя, возможно, и из скромности тоже. «Я хороший», – это по-мальчишески, взрослый человек, тем более, научный работник так не скажет, это… неэтично, что ли? И чтобы сгладить возможное впечатление, Игорь торопливо добавил:

– Хотя что я… Если бы не квантовый компьютер[2 - Квантовый компьютер (в отличие от обычного) работает на основе квантовых законов и производит вычисления в многомерном квантовом пространстве намного быстрее обычного компьютера.

Элементом информации в квантовом компьютере является кубит (в отличие от бита – в обычном компьютере).], который мы задействовали в эксперименте, ничего не получилось бы. Компьютер, конечно, еще тот… Всего двести пятьдесят шесть кубитов, но это лучшее, что сейчас существует.

Пальцы Тами нащупали место нового перехода: то ли одного цвета в другой, то ли линии в другую линию.

Она протянула руку, положила в корзинку моток синих ниток – точно на место, где он лежал прежде, рука ее на мгновение застыла в воздухе, и неожиданно Тами коснулась пальцами макушки Игоря, склонившегося перед ней, и он вздрогнул, будто его коснулась рука Бога. Богини. Ангела?

Сейчас она отдернет руку и, может быть, почувствовав присутствие постороннего, закричит. Прибежит доктор Мирьям, и ему придется уйти…

Ладонь Тами лежала на его макушке спокойно, как лежала бы на спинке стула, а он боялся пошевелиться, представляя, как это выглядит со стороны: будто королева благословляет на подвиг уходящего на войну рыцаря.

– Сказать. Тогда становится бдение. Если сказать.

– Что? – переспросил он.

Голос у Тами был звонкий, молодой, не слишком высокий.

– Что вы сказали?

Тами уверенно взяла из корзинки моток коричневых ниток и продолжила вязать, будто ничего не произошло и ничего не было сказано.