Что-нибудь светлое… Собрание сочинений в 30 книгах. Книга 8

– Вы сегодня с ним долго гуляли, – осуждающе произнесла она. – Не стоило водить Володимера в соседний корпус, непривычные впечатления ему вредны.

– Я просто…

– Пусть поспит, не уходите пока.

Когда Фанни вышла, Игорь попытался разобраться в собственных, а не отцовских, ощущениях. Он отчетливо понимал, что чувство, охватившее его, правильнее всего было бы назвать ревностью. Он ревновал, да. Отца – к Тами. Ревновал к тому, что на него она ни разу не реагировала так, как сейчас – на отца.

А отец? Он тоже был не в себе, он хотел… чего? Что произошло между ними в те несколько секунд, когда оба потянулись друг к другу? О чем говорила Тами?

По идее, нужно бы еще раз привести отца в северный холл, когда там будет Тами. Игорь понимал, что никогда больше этого не сделает. Аргумент у него был заготовлен: отец слишком взволновался, а в его состоянии это вредно. Но с собой-то Игорь мог быть честен: ему не хотелось, чтобы Тами говорила с отцом, а не с ним.

А она говорила. Обратилась со словами о цаплях, и отец ее понял, вот в чем суть. Они поняли друг друга, а Игорь не понял ничего из того, что стало понятно этим двоим.

О чем они говорили?

Тами – о цаплях. Отец произнес слово на языке, которого не существовало, – может, просто набор звуков, но Игорь почему-то был уверен, что слово имело смысл, понятный Тами, но от него скрытый.

Отец ровно дышал и немного похрапывал. Игорь подоткнул одеяло, постоял минуту и вышел в коридор. В дальнем конце кто-то из медсестер провожал старушку в комнату, она упиралась и что-то выкрикивала. Обычная безрадостная картина.

Игорь прошел через опустевший холл в северный коридор. Ему нужно было увидеть Тами, убедиться хотя бы, что у нее все в порядке.

Если он скажет: «Тами, я люблю вас», она поймет или и эта фраза не произведет на нее никакого впечатления? А он способен произнести эту фразу?.

.

Только сейчас, глупо приревновав Тами к собственному отцу, Игорь смог признаться себе в том, что чувствовал уже давно. Любовь? Игорь вспомнил, как признавался в любви Лене и боялся, что она скажет «нет» или: «Пожалуйста, Игорь, поговорим о другом». Тогда были совсем иные чувства. Он хотел держать руки Лены в своих, хотел обнимать ее и целовать.