Цикл «Как тесен мир». Книга 3. Отложенная война

Встретившись в уже закрепленной за ними комнате на втором этаже наружного здания с очередным оружейным специалистом, Куевда рассказал ему привычную легенду о лейтенанте ГБ (присутствующем здесь), подсмотревшем в одной иностранной державе чертежи перспективного пистолета-пулемета, и удивил оружейника поручением партии, правительства и чуть ли не самого товарища Сталина именно ему, Судаеву, заняться конструированием советского аналога, отложив в сторону все текущие работы.

Судаев внимательно изучил свою будущую примерную схему легендарного автомата, нарисованную по памяти Алексеем Валентиновичем; задал множество вопросов (на которые тот не всегда знал, что ответить) и в итоге довольно покивал головой:

– Интересное решение, прокомментировал он свое собственное детище: штамповка, сварка, минимум токарных и фрезерных операций, складной приклад, как у немцев в МП-38.

Это случайно не германский образец?

– Извините, Алексей Иванович, – покачал головой Куевда, – не имеем права разглашать.

– Ах, да. Конечно. Если эта машинка получится, – постучал пальцем по схеме, – может выйти гораздо дешевле в производстве и проще, чем наш сегодняшний ППД. Я постараюсь оправдать оказанное мне высокое доверие.

– Попытайтесь, – кивнул Алексей Валентинович и не к месту пошутил, приплетя анекдот из своего времени. – Ведь попытка – не пытка, как говорит наш нарком товарищ Берия.

Судаев выпрямился и посерьезнел лицом.

– Извините, Алексей Иванович, – понял, что сморозил лишнего, Максимов, – это шутка у нас такая.

Согласен, грубоватая. Не переживайте, в случае неудачи, – совершенно никакого наказания вас не ожидает. Но мы совершенно уверены – у вас все получится. Именно у вас. Сроком вас никто не ограничивает, но, сами понимаете, в нынешней напряженной международной обстановке страна чрезвычайно нуждается в таком простом и массовом оружии. Очень уж нынешний ППД сложен и дорог в производстве, да и излишне габаритен для многих случаев. Не открою государственную тайну, если скажу, что производство пистолета-пулемета товарища Дегтярева почему-то обходится советской казне дороже, чем его же ручного пулемета ДП. Нонсенс. Вы не находите?

– Я не знаком близко с этим вопросом, – неожиданно встал на сторону Дегтярева Судаев, – но, думаю, здесь сказывается не только особенность конструкции, но и гораздо меньшее серийное производство ППД чем ДП. Скажем, для производства всех деталей нужен определенный набор станков.