Цикл «Как тесен мир». Книга 4. Встала страна огромная

Откуда-то сбоку медленно и не прицельно затарахтел немецкий автомат – пули выбили невысокие пылевые фонтанчики перед румынами, заставив пригнуться. Сзади, на пути отступления, вразнобой застучали германские карабины, не давая подняться. Румыны поняли, что оказались в окружении. Что обидно, в нескольких сотнях метрах наступала мощная группировка русских союзников, а они, как последние дурни, лежат сейчас под обстрелом нескольких немцев и голов поднять не могут.

– Как я дам очередь, – сказал сержант своему солдату, – поднимайся и давай налево во двор через плетень.

За плетнем приляжешь и поддержишь меня огнем из карабина. Готовься.

Сержант заменил почти пустой (патроном желтело только верхнее отверстие) рожок автомата на полный и открыл огонь частыми короткими очередями по предполагаемым местам нахождения немцев. Его солдат вскочил и, добежав до плетня, перевалился на другую сторону. Вслед ему запоздало и бесполезно стукнули несколько германских маузеров. Солдат, хоть его так и подмывало бежать дальше, перекинул флажок предохранителя влево и открыл огонь, передергивая каждый раз рукоятку затвора.

Скоро к нему присоединился сержант, и они побежали куда-то в глубину двора, один, на ходу заменяя длинный изогнутый магазин автомата, а другой, выдавливая в карабин латунью блестящие патроны из новой обоймы. Им не повезло. За углом длинного деревянного строения, куда они вот-вот намеревались завернуть, их уже поджидали немцы. Солдат на бегу получил под ребра плоский штык, примкнутый на маузере и задохнулся кровавым криком на вдохе, а его командиру «прилетел» прямо в лицо под каску затыльник приклада другого карабина, окованный сталью.

Никто из румын выстрелить так и не успел. Вовремя заметив у сержанта погоны с золотыми нашивками, немецкий унтер приказал его сразу не приканчивать, а сперва допросить.

Рухнувшего на траву окровавленного сержанта с расквашенным носом и рассеченной скулой обезоружили, сорвали каску и ремень с портупеей и прочей амуницией, окриками и сапогами подняли на ноги и, грубо подталкивая прикладами, погнали дворами и огородами вглубь деревни.

Танки Иванова уже почти прорвались через сады, обходя румынскую деревню с боку, когда им в правый фланг, ломая плетни и хлипкие строения, выползли серые германские панцеры. Немцы открыли огонь первыми, прямо сходу и почти с кинжальной для танковых пушек дистанции с одной-двух сотен метров.