Цикл «Как тесен мир». Книга 4. Встала страна огромная

Майор, наконец-то, потянулся к небольшой черной кобуре на пузе.

Чумаченко решился и, шагнув к нему с дурным выкриком «яволь», неожиданно с разворота заехал под каску железным затыльником приклада и крикнул: «Бей!» Немец, так и не успев отстегнуть крышку кобуры, пластом рухнул на спину. Чумаченко, как на занятиях по штыковому бою, шагнул ему в след и ударил примкнутым на ствол плоским лезвием в грудь. Остальные бойцы, державшиеся настороже, тоже моментально подключились к схватке; а вот реакция немцев немного запоздала.

Когда до находившихся поблизости фашистов дошло, что с этим незнакомым отрядом в камуфляжных накидках что-то не так, не все из них еще оставались живыми.

Обер-лейтенанта, первым поднявшего хай, застрелили из парабеллума; двух ближайших немцев срезали одной длинной очередью из автомата, в другую группу полетела, крутясь колесом, их же граната на длинной ручке. По сидевшим в дальнем углу сада фашистам застрочил, держа пулемет на весу, Майсурадзе. Он ни в кого не попал из бешено трясущейся скорострелки, но немцы бросились на землю, плотно в нее вжались и стрелять в ответ не спешили.

– За мной, бегом! – закричал старшина. – Не отставать.

Они выскочили на деревенскую улицу; сходу, больше не скрываясь, открыли огонь по выглянувшим на выстрелы из ворот трем немцам с карабинами в руках; пробежались взбесившимся табуном диких лошадей по упавшим и еще не до конца умершим телам; в следующем дворе походя застрелили двух безоружных кашеваров в грязных, когда-то белых, передниках поверх солдатской формы.

Взятый в плен Шмидт бежал наравне со всеми. Он даже помог, что-то крикнув высунувшемуся сбоку немцу, который после этого опустил прикладом на землю свой карабин. Зря опустил. Расслабившегося немца спокойно закололи штыком в спину. Откуда-то из-за кустов раздались одиночные выстрелы – один из красноармейцев рухнул. Его, раненного, подхватили под мышки и, поддерживая с двух боков, заставили переставлять ноги вместе со всеми. С раной, живы будем, потом разберемся.

Когда добежали до следующего плетня, старшина приказал своему запыхавшемуся воинству остановиться. Вдоль улицы целеустремленно вздымала пыль сапогами, наверное, целая рота, построенная повзводно. За спинами мерно колыхались короткие стволы карабинов, в первых рядах каждого отделения пулеметчики несли на ремнях или плечах свои смертоносные машинки. На таких буром не попрешь – враз схарчат и имени не спросят.