Крылья нетопыря. Часть II. Трон из костей

– Я тут думал пожертвовать, мать их, деньги, – уже слегка заплетающимся языком выпалил хозяин терема. – Не посоветуешь монастырь?

Амвросий встрепенулся и сосредоточился целиком на Велюре.

– Богоугодное дело!

– Вот! – в это же время воскликнул субтильный послушник и с размаху припечатал пятернёй по фолианту. – Сам сделал! Вот этими самыми руками, – он поднял ладони к лицу и уставился на них так, словно это было нечто великолепное и ужасное одновременно.

Боярские дети принялись разглядывать книгу.

Толстый переплёт был затянут в дублёную свиную кожу и окован по краям изящными уголками. В уголках поблёскивали рубины и топазы. Название на книге послушник вытравил золотыми чернилами. Оно гласило: «Саптиентия».

Брат Добронрава Аверко – третий по старшинству – уважительно присвистнул.

Служка весь зарделся от самодовольства.

– Сам? – поразилась Тамира.

– Своими руками! Вот те круг святой перечёркнутый! – парень перекрестился накосую, а потом жестом заключил себя в некое подобие круга.

При этом рукава его сутаны дважды окунулись в миску со щами и вымокли насквозь. Но послушник предпочёл этого не заметить. Он залихватски подбоченился и взглянул на Тамиру исподлобья. – Эти руки способны на многое.

Аверко и Любима покатились от хохота. Добронрав застыл с зубастой улыбкой, изо всех сил соблюдая достоинство. Тамира кокетливо затрепетала ресницами. Остальные бояричи притворялись, что их там нет, и поспешно уминали снедь.

Внезапно двери светёлки распахнулись и ворвался всклокоченный мужик.

Простершись ниц, он заголосил.

– Не вели казнить, государь!

– Чего тебе, Стоум? – нахмурился Велюра.

– Там к тебе боярин Радвило с другами при мечах явились. Видеть тебя желают.

– Так что ж ты, пёс, томишь честных людей? Зови сейчас же! А ну!

Повторять Стоуму не было нужды. Он, всё так же не разгибая спины, попятился и выкатился вон. Скоро в светлицу вошли воины числом шесть. Все при мечах, в кольчугах и юшманах. Шлемы-шишаки держат под мышкой.

Грозно хмурят брови.

– Чтоб меня в глотку, Радвило! – Велюра встал и распахнул руки для объятий. – Ты с кем воевать без меня надумал?

– Да куда ж я без тебя, друже? Вот и пришёл! Идём с нами чудищ бить?

Радвило грозно вышел вперёд и выпятил грудь. Остальные за его спиной сбились поближе и подбоченились.

Добронрав понял, что эти, как и отец, пьяны в стельку.

– Эт я завсегда! – Велюра воинственно размахнулся бараньей ногой, как мечом.