Крылья нетопыря. Часть II. Трон из костей

Добронрав продолжал бить. Крест-накрест, как в учебном бою. С каждым разом всё быстрее и быстрее. В голове ощущение, будто кто-то вставил соломинку и дует туда, дует. Воздуха уже столько, что она вот-вот лопнет, а он всё дует и дует. Перед глазами всё плывёт. В ушах звон. Добронрав всё ещё слышал, как кричит Любима, но её голос доносился до него как будто издалека.

Добронрав бил и бил, с каждым ударом всё сильнее входя в раж. Внезапно мальчишка почувствовал напряжение в штанах, как его отвердевший член упёрся в грубую ткань портков.

Бояричу сделалось так стыдно, обидно, и в то же время его охватила такая ярость, что мальчишка заорал. Но не посмел остановиться.

Добронрав ревел диким зверем и в безумном исступлении колотил свою родную сестру, которая всегда была ему ближе всех, в какое-то время мальчишка даже считал её своим другом. Теперь он был её палачом.

Он бил и бил, не видя уже ничего перед собой. Мир померк, исчез. Кругом не было ничего. Только рука, которая, как заведённая, чертила плетью кресты перед собой.

Кто-то подбежал, отнял плеть. Кто-то бил его по плечу. Кто-то прижимал голову мальчишки к своей груди, которая пахла костром и сталью. Кто-то что-то ему говорил. Добронрав ничего не слышал. Он продолжал орать и биться в истерике. Когда в руке не стало плети, мальчишка принялся бить кулаками в разные стороны, сам не понимая, что он делает и зачем.

Ратибор отвёл его в терем и завернул в плед. Мальчишка охрип, но ещё долго кричал, пока его истерика не перешла в тихий, почти беззвучный плач.

Воин пытался напоить послуха травяным сбором, потом вином, но Добронрав не реагировал ни на что.

Внешний мир для него перестал существовать.

Потом Добронрав потерял сознание и проспал до самого утра. А утром у него начался жар и бред.

Глава 7

Их приволокли в просторное помещение. Оба долго находились без сознания, но Азарь первым пришёл в себя. Он открыл глаза и некоторое время водил ими туда-сюда, пытаясь вспомнить, что случилось, и понять, где находится.

В помещении царила пустота – ни мебели, ни ковров, ни дверей, ни даже окон. В последних, правда, не было особой необходимости: стены целиком состояли изо льда. Или хрусталя. Но всё-таки больше походили на лёд. На скользком полу что-то вроде инея. Только вот он совсем не холодил.

Азарь устало потёр лицо, а потом рывком сел. Зажмурившись от внезапно нахлынувшей дурноты, он посидел так некоторое время, приходя в себя, а потом встал и бросился к Дугину.