Племя

– Как стемнеет, мы с охотниками идем на поиски мутировавшего медведя. Эта зараза нам совсем житья не дает. Сыты по горло постоянными нападениями на любого, кто выйдет из этих стен. Бог с ним, если бы жил себе спокойно, но эта тварь таких размеров, с такой страшной мордой, – Федор развел руки в стороны и скорчил лицо, пытаясь изобразить мутанта. – А смердит от него…

– Я уже успел с ним познакомиться, – вспомнил про встречу с этим созданием Шон.

– Вот и славно! Значит представление имеешь.

– То есть вы предлагаете мне отправиться с вами охотиться на медведя? Я смотрю, у вас полно охотников и охранников, у них есть какой-никакой опыт, а я максимум уток да демонов в детстве на приставке стрелял.

– Во-первых, ты еще живой. Значит способный. Во-вторых, один из моих ребят сильно приболел, а в битве с таким зверем каждый солдат на вес золота. Ты должен будешь идти впереди, внимательно слушать и смотреть по сторонам. Получишь двустволку.

– Проще говоря, я выступаю в роли пушечного мяса, если медведь окажется слишком силен.

– А это уже как сам решишь. Пушечное мясо ты или солдат, – Федор обернулся, мельком поглядев куда-то вдаль поселения. – Иди к охраннику, он покажет, где ты и эта девушка можете пока отдохнуть. Но будь готов, как стемнеет – пойдем.

“Вот же вляпался в черт знает что”, – думал Шон, смотря вслед уходящему лидеру.

Густые серые облака постепенно рассеивались и улетали прочь. Ливень превратился в совсем мелкий дождь.

Шон неподвижно уставился в одну точку на небе, размышляя обо всем произошедшем. В голове между собой путались, сплетались в одно целое совсем разные мысли. Он все думал о найденном в заброшенном деревенском доме письме, о мутациях, о нападении стаи псов. Он думал о всех смертях… Семьи в деревне и городе, тот человек в подвале, Майкл, Дэниел. Сколько их еще будет? Даже не хочется об этом думать.

“Знает ли этот деревенский лидер о том, что мне нужно; дало ли ему хоть что-то это письмо или он врет, зная, что я не вернусь с этой охоты?” – в голове Шона крутились одни и те же вопросы, мелькали картины гигантского медведя-мутанта с окровавленной шерстью, глазами демона. Родригес уже представлял его громкое рычание, острые, как лезвия, клыки и длинные когти. Да что от него сможет спасти? Ему страшны винтовки? Вряд ли.