Мышиный лабиринт: изгнанники Эдема

Аппарат захватил их, и игра началась. Первый раунд был за Викторией и Элеонорой.

– Так, гладкая обозначает «Мир», а шершавая – «Войну», так ведь? – решила вновь уточнить Элеонора в самый последний раз, хотя до этого она спрашивала это у Эрнеста и у Эдди, а потом повторяла про себя обозначение кнопок весь путь на лифте. – Я ведь ничего не перепутала?

– Что тут можно перепутать? Тут всего две кнопки. Просто нажимай уже на гладкую. Мне кажется, что эта штуковина вот-вот откусит мне руку.

Первый раунд принес по десять процентов каждой стороне.

Во втором раунде играли Виктория с Лилией, и счет оказался таким же. Остался последний раунд.

– Ну что, Лилия, давай получим еще по десять процентов?

– Да, конечно, – Лилия отвела глаза в сторону, мысленно перебирая слова в голове. Мгновение спустя она посвятила Элеоноре самую искреннюю улыбку, которую только можно изобразить на лице. – Элеонора, спасибо тебе большое…

– За что, Лилия?

– За то, что была рядом, все это время. Если бы не ты, я бы так и не нашла в себе сил просто встать на ноги.

Если бы не ты, то я бы просто, наверное, сошла с ума. Когда ты держала меня за руку, то я чувствовала себя самой защищенной на свете. Спасибо… Спасибо…

– Лилия… – Элеонора глядела с успокаивающей улыбкой на Лилию, с чьих глаз начали капать слезы, что она старательно вытирала свободной рукой.

– Девчата, может быть, вы уже отпустите меня? – напомнила о себе Виктория, тарабаня пальцами внутри аппарата. – Кнопки уже нажмите, и сможете обмениваться любезностями сколько душе угодно.

– Да, прости за ожидание. Давай, Лилия, я нажимаю на…

– Стой! Стой! О, Боже, прости, прости меня, я… – лицо Лилии самым ярким образом демонстрировало панику, что сейчас была у нее в голове. – Я ошиблась, ошиблась. Я случайно нажала на шершавую…

– Ну началось… – Виктория закатила глаза.

– П-прости, прости, прости…

– Ничего страшного, не волнуйся. Слушай, может если ты во второй раз нажмешь на гладкую, то твой выбор изменится?

– М-мы же не знаем наверняка.

А вдруг, если я нажму, и ничего не изменится. Ты же потеряешь двадцать пять процентов!

– Тогда, что нам остается делать?

– Выбирай… Выбирай «Войну».

– Но…

– Так мы точно будем знать, что ты ничего не потеряешь.

– Но ведь и ты тогда ничего не получишь. Сейчас мы получили только по десять процентов. Ровно столько мы потеряем в полночь, так ведь?

– Я н-не хочу рисковать! Прошу, выбирай шершавую кнопку…

– Но… Ладно, хорошо.