Сапфировый кондор. Детективно-политический трактат

– При наличии средств я добьюсь всего, вы же сами меня постоянно зажимаете. Нетрада со своей партийной группировкой никогда не допустит моего превосходства, он меня боится и правильно делает.

– Штакельбрус, хватит говорить чушь! – отозвался Василис. – Вы больше пятнадцати лет исполняете то, что вам поручено, за это имеете все земные блага, яхту, виллу, коллекцию роллс-ройсов. Не лезьте за короной, иначе лишитесь своей райской жизни. Критикуйте, но не забывайтесь!

– Да вы мне противны, поэтому и критикую! И никогда не поддержу больше ни одного вашей партии! – прокричал Штакельбрус.

Резким движением руки он ослабил узел галстука, залпом допил остатки Хенесси в своем бокале и направился к выходу из зала. Алиса еле успела скрыться за портьерой, чтобы остаться незамеченной.

Когда Вилли, ворча, удалился, слово взял Гаулер.

– Послушайте меня, господа. После ухода Феррантоса необходимо официально объявить о смене курса, но сделать это максимально осторожно, чтобы реформирование системы не отразилось на нашем собственном положении.

– Звучит заманчиво, Геральд, но слова – это одно, а реальные предложения на бумаге – совсем другое, – покачал головой Паттард.

– Робин, я не привык говорить, не имея под рукой письменных подтверждений своих слов. Василис, вы захватили с собой папку? – обратился Гаулер к Нетраде, сидевшему справа от него. Тот молча открыл портфель и со значительным видом извлек оттуда бардовую кожаную папку с выгравированным гербом Сантории. После чего протянул ее Геральду.

– Вот и доказательство, можете ознакомится, – и Гаулер положил папку на середину стола.

– Что в ней? – затягиваясь сигарой, полюбопытствовал Парлис.

– То, чем вы интересовались. Проекты будущих реформ. Ряд громких обещаний, привлекательные социальные программы, несколько экономических законопроектов, дополнительные статьи расхода на образование, здравоохранение, культуру. Послабления мелким предпринимателям, амнистия политзаключенных. Штекельбрус был прав, нам придется пойти на уступки, но все то, что прописано в моих предложениях, никаким боком не затронет интересы политической элиты и крупных финансовых групп.

Мы с Нетрадой втайне работали над этими предложениями последние две недели. В качестве начала для новой эпохи в истории нашей страны они вполне сносны, господа.

Парлис и остальные участники собрания, вставшие у него за спиной, пробежались глазами по документам и стали ободряюще перешептываться.