Гарнизон рассеченной скалы

– Семь? – переспросила Омнис, – Вы уверены?

– Этот выдержит, – уверенно подтвердила она.

Новобранца выволокли на улицу, протащили по каменной брусчатке и привязали к деревянному кресту, уткнув лицом в перекрестие.

– Ну не вовсю же силу… – на всякий случай уточнила Омнис.

– Все, как всегда, – тихо ответила Нима. – Мы же не хотим его убить…

На площадке перед храмом собралось все женское население. Кипело оживленное обсуждение, слышался смех и непристойные шуточки. Капитан Нима, под звуки всеобщего ободрения прошлась по пандусу и остановилась возле креста.

– А знаешь ли ты, Арон Смит, почему эльфы в большинстве своем выбирают лук и стрелы? А я тебе поясню. Видишь ли, боги дали нам дар чувствовать чужую боль, кроме прочего. В ближнем бою это, мягко говоря, неудобно. Металл клинка отлично проводит боль и ужас жертвы. В отличие от копья, у которого есть древко. Но мой род присягнул на верность именно клинку. Знаешь почему?

– Понятия не имею, – огрызнулся Рон.

– А потому, дружок, что нам нравится чувствовать боль врага, ты не смотри что мы тут все красивые.

Сейчас мы поиграем в одну забавную игру. А потом в другую… – она сделала знак Омнис, и та бросилась принимать ставки. Лина, сняв кнут с гвоздя раскатала его по земле, ожидая приказа.

– Все. Капитан, ставки сделаны! – вскоре доложила Омнис. – Можно начитать.

Встряхнув длинный кнут, Лина выбросила руку вперед, нанося первый удар. Узкий кровавый след проступил на спине кузнеца, расползаясь по сорочке.

– Раз! – дружно начали отсчет оголтелые эльфийки.

Кнут снова рассек воздух и на сорочке кузнеца проступил второй кровавый след. Он вздрогнул, но лишь поморщился. По маленькой площади пронеслись одобрительные возгласы.

– Два! – хором отсчитала толпа.

– Три… Четыре… – бесновались они. Всеобщее веселье набирало обороты.

– Пять… Шесть… – Рон стиснул зубы, не издав ни единого звука.

– Семь! – ликовала толпа.

– Ну что я говорила? – капитан встала на край помоста. – Как насчет восьмого удара? Кто сделает ставку?

Площадь взорвалась от предложений.

Кнут просвистел еще раз, но Рон упорно молчал.

– Не молчи, придурок! – процедила Омнис сквозь зубы. – Подай уже голос!

Ставки росли, в ход пошли уже целые кошели. Рон усмехнулся, глядя на это.

– Девять ударов? – вошла в азарт Нима. – Вы этого хотите?

– Да!!! – взорвалась толпа обезумевших баб.

Хлыст рассек ткань, и капельки крови брызнули на мостовую. Рон болезненно улыбался, уткнув взгляд в землю.