Гарнизон рассеченной скалы

Как выглядела его рана до того, как ее зашили, оставалось только гадать, но спина парня была буквально собрана из лоскутов. Омнис и Лина отвели взгляды, а Нима бросила лишь мимолетный. Похоже, пробить эту прожженную в боях суку было уже ничем нельзя.

– Кто тебя так, парень? – первым спросил Ярсен.

– Упал со скалы… еще в детстве, – ответил Арон глухо.

– Он правда ушел своими нонами? – спросил капитан.

– Так точно, – подтвердил сержант. – Я собственными глазами видел.

– Черт, парень, мне бы такую выдержку… – Хансон потер глаза устало.

 – Ты бы хоть в лазарет сходил, что ли.

Командир гарнизона мерил шатер шагами, задумчиво теребя пуговицу на кителе. Он бросал хмурые взгляды то на Ниму, то на Рона, то на сестричек. Ярсен, присев на край стола, терпеливо ожидал его решения.

– В общем так… – Хансон остановился перед своей подчиненной. – Запретить вам страдать херней, я не могу. Иначе вы там в конец с ума сойдете. Опять же гарнизон со скуки помрет… Но и оставить этого так просто, я тоже права не имею.

Случай вопиющий. У каждого беспредела… есть свой предел! Твое счастье, Нима, что этот человек все еще может стоять на своих ногах, умеет держать язык за зубами, и до сих пор не дезертировал.

Капитан Хансон обошел стол и склонился над ним, оперевшись на руки.

– Арон Смит… тебя незаслуженно унизили и подвергли суровой экзекуции. Я бы с радостью извинился за эту… заносчивую бабу и отправил тебя домой. Но ты подписал договор и, пока срок не истек, разорвать его я не в праве. Уж прости дружище, каждый человек на счету.

Особенно кузнец. Но ты имеешь полное право требовать сатисфакции. Как моральной, так и материальной. Чего ты хочешь?

Арон и не ждал, что дело может принять такой оборот. Меньше всего в этот момент он думал о том, чего бы ему хотелось. Единственным желанием сейчас было поесть, упасть на свою койку и забыться глубоким сном.

– Простите командир, при всем уважении… капитан Лимнис очень старалась, но ей не удалось меня унизить, – заявил он. – Я бы хотел новую сорочку, вина… и дня три-четыре чтобы прийти в норму.

– Хм… – Хансон криво усмехнулся. – Хочешь быть благородным до конца? Похвально, но глупо. Как командир гарнизона я имею полное право вершить свой суд. Сержант Ярсен, сколько денег капитан Нима собрала на ставках?

– Двести пятьдесят золотых с мелочью, – доложил Ярсен, поглядывая на увесистые кошельки, лежащие на столе.

– Сколько из них мои?

– Тридцать, командир. Ваша ставка наконец сыграла, – усмехнулся Ярсен.