Гарнизон рассеченной скалы

Минут через двадцать посыльный принес ему бумажный сверток, в котором лежала выглаженная, ни разу не одеванная сорочка, и корзинку с едой. Две бутыли красноватой жидкости прилагались. Передохнув и собравшись с мыслями, Арон отправился в лазарет, что расположился у дальней стены лагеря. Там он еще не успел побывать. Накинув китель, кузнец по давней привычке пытался не привлекать к себе особого внимания, но теперь любопытные взгляды людей неизменно провожали его на всем пути. Две длинных брезентовых палатки с несколькими входами повторяли очертание полукруглой стены из кольев и сходились к центральному шатру.

Должно быть, сегодня пациентов тут не было, а от того, сестры-сиделки и санитары неспеша занимались хозяйственными делами.

Глава 7. Лазарет

Под центральным навесом, где во время боя идет сортировка раненых, Арон столкнулся с высокой, достаточно крепкой женщиной лет сорока. У нее были заостренные кончики ушей, смуглая кожа и удивительно пронзительный взгляд. Мелкие морщинки на лице ничуть не портили ее.

Одета женщина была в относительно белый халат, застегнутый по всей длине. Он достаточно плотно обтягивал ее округлые формы. Одарив новобранца белоснежной улыбкой, она спросила:

– А… должно быть ты и есть наш герой?

Он смутился. Ее голубые глаза будто светились добротой. Хотя узкий клинок на поясе, и способ его подвески говорили о наличии боевого опыта. Рон крепко уяснил для себя, что внешность в этих местах ровным счетом ни о чем не говорит.

– Вы лекарь? – спросил он, стараясь не отводить взгляда.

– Эмбер Хадсон, – она протянула руку и предвосхитив вопросы пояснила: – Я полукровка. Отец мой был эльфом, а матушка человеком. К сожалению, возраст отражается на моем лице, в отличие от чистокровных, но не так сильно, как у людей. Мне далеко за сорок, и ты, дружок годишься разве что в правнуки.

– Мне хватило бы такта, чтобы не спрашивать об этом, – тихо ответил Рон.

– Это на тот случай, юноша, если ты решишь ухлестнуть за мной, – улыбнулась она натянуто.

– Вам тоже не нравятся мужчины? – с едва заметной обидой спросил он.

Эмбер открыла рот, чтобы ответить, но задумалась. Намотав на палец прядь светлых волос, она склонила голову на бок, оценивая парня.

– А ты умеешь поставить в тупик, – протянула она негромко. – Нет, от чего же сразу не люблю? Я вовсе не против разделить свое ложе с горячим юношей, особенно в холодные вечера. У меня большая, уютная кроватка.