Гарнизон рассеченной скалы

Одежду можешь оставить здесь, полотенце найдешь на полке. Со спиной я тебе помогу, а дальше сам. Как помоешься, я тебя осмотрю.

За ширмой, к удивлению Арона, оказался вполне себе настоящий душ. Каркас из брусьев поддерживал на себе большую жестяную бочку, закопченную сажей. Она находилась снаружи, а внутрь вела толстая медная трубка на конце которой был кран и грубо сработанный распылитель. Его сделали из воронки и куска жести, наскоро пробитого гвоздем или шилом. Раздевшись, Арон пустил воду. За день она хорошо нагрелась на солнце и была почти горячей.

– Держи! – Эмбер сунула ему кусок мыла и засушенную морскую губку. Она быстро размокла и напиталась водой.

Как и обещала, госпожа лекарь со знанием дела омыла его спину и откланялась. Не тратя воду зря, Арон быстро помылся и смахнув с едва отросших волос влагу, обернул полотенце вокруг бедер. В таком виде он и вышел из душа. Снаружи было прохладно, приятный сквознячок цеплялся за мокрые ноги и норовил залезть под полотенце.

– Так… в лазарет мы с тобой уже не пойдем, там порядок навели.

Осмотрю тебя здесь…

Эмбер поставила его посреди жилища и забрала полотенце. Кузнец спорить не стал. Она доктор, ей виднее.

– Зуд, раздражение, язвы какие-нибудь есть? – спросила она.

– Да вроде бы нет… – пожал он плечами.

Она вывернула его запястья и осмотрела руки. Потом подмышки и ягодицы. Напоследок заглянув под мошонку, она довольно кивнула.

– Кожа чистая, это уже хорошо. Тошнота, головокружение, понос?

– Нет.

– Ты говори как есть, не стесняйся.

После такой встряски любой организм сбой даст. Даже молодой и сильный.

Эмбер взяла небольшую трубочку с раструбом на конце и прослушала его сердце. Затем повернула спиной и прослушала легкие.

– Открой рот…

Рон послушно отвесил челюсть.

– Ни хрена не вижу… – скривилась она. – Ну да ладно. Ложись на живот.

Уложив пациента на кровать, лекарь внимательно осмотрела его спину, и несколько раз провела по шрамам ладонью.

– Не больно?

– Нет.

–На спине лежать можешь, или тяжело еще?

– Нормально, чешется только…

– Значит заживает, – вздохнула она.

 – Ну, ничего плохого я тут не вижу, края ранок розовые, короста чистая. Гноя тоже не наблюдается.

Она простучала кулаком его ребра и спину. Постучала пальцами по пояснице. Пациент не выдал признаков боли. Перевернув Арона на спину, она тщательно прощупала его живот, с силой надавливая на кожу.

– Так не болит? А так?

– Ели не давить то не болит, – заулыбался кузнец.

– Ха-ха.