Самый долгий рейс

– Да, по одному будет вполне достаточно. Пассажирам раздайте как можно больше одеял. И не забывайте, пожалуйста, про себя.

– Девушки! – крикнул им в след Марко Риццо, – я бы с радостью поделился с вами теплом неаполитанского солнца, которое ласкало меня полжизни, но сомневаюсь, что меня отпустит командир в столь трудную минуту.

Рассел вернулся в командирское кресло, устремив взгляд на звезды, которые стали ярче и, казались холоднее, не затмеваемые более Солнцем, спрятавшимся за диском Земли. Он жадно всматривался в пространство, ожидая увидеть пролетающий корабль, который возьмет их на буксир и спасет.

Но мимо никто не пролетал. Рассел, как ни старался, не мог разглядеть невооруженным глазом ни одного габаритного огня. Создавалось ощущение, что весь мир, и не только люди, бросили их умирать, отвернувшись, запрятав лицо.

Рут принесла пилотам пледы. Стало немного теплее, но это было ненадолго. Боинг продолжал свое неконтролируемое вращение в тени Земли. Там, внизу, где сейчас царила ночь, казалось, так же темно и холодно.

Как ни пытались пилоты, но им не удалось разглядеть света больших городов, когда корабль разворачивало к Земле. Большая часть полушария была затянута густым слоем облаков, казавшихся чернильными в этой темноте.

Пассажиры, закутанные пледами, молча ожидали спасения. Молодая парочка, обнявшись, грелась на заднем ряду, уткнувшись друг в друга холодными носами. Мужчина, который с самого начала полета заказывал виски, попросил еще двойную порцию, но на этот раз безо льда.

Усталые, замерзающие пассажиры были спокойны. Они были просто уверенны, что скоро все закончится и, их обязательно спасут.

Только Рассел и Марко Риццо не были ни в чем уверенны. Они не знали, почему их до сих пор не спасли, почему за такое время никто не пришел на помощь.

Командир закрыл глаза, откинувшись на спинку кресла. У него больше не было желания смотреть на запотевшее обзорное окно, на котором Риццо большими буквами написал «SOS», прокомментировав, что теперь их точно спасут! Корабль остывал настолько стремительно, что изо рта, при каждом выдохе шел густой пар.

Рой тревожных мыслей бился в голове Рассела, затем они стали тяжелеть, становились все более тягучими, словно замерзали вместе с ним. Появлялись, сменяя друг друга картинки, бессмысленные и нелепые. Только когда Риццо толкнул его в плечо, он понял, что заснул на боевом посту в тяжелую минуту. Вздрогнув, Рассел резко подался вперед.