Хлеб насущный. Детектив

– Горошкин Владимир Иванович, – старший участковый…! – брат у тебя есть?

– Нет, – сказал я.

– А, кто Кротов Павел Егорович,1963 г.р.? – заглядывая через мое плечо в комнату, крикнул участковый. По всему было видно, что он занервничал по поводу того, что у меня нет брата.

– Я, Кротов Павел Егорович, но 1970 г.р., – чего Вы кричите на всю общагу, чего Вам надо?

– Так, какого хрена ты мне тут под дурачка косишь? – сразу не мог сказать, что это ты?!

– Как я могу сказать, что это я, если тот, кто Вам нужен, родился на семь лет раньше меня!?

– Ладно, короче – если Ты в милицию собрался? – значит, у меня тут все правильно записано-понятно?! – И давай дуй ко мне в участок, будем с тобой, на тебя характеристику писать! – а то у меня все сроки по тебе вышли.

Я не успел, спросить у Горошкина, почему все правильно записано у него в тетрадке, несмотря на не совпадающие года рождения, но понял, что если у него вышли сроки, то когда ты родился, уже не имеет значения.

Участок милиции находился на первом этаже жилого дома расположенного рядом с общежитием, где я проживал.

– Ну и ххрена Вам всем тут надо? – а…!? – не надоело по ментам тасссс-каться? – КОЗ-Л-Ы!!!

– Ты че мужик в рыло захотел? – а ну вали отсюда, пока в милицию не загремел, – вырвалось у меня из нутрии.

– А, не пошел бы…!? – мужик не успел договорить, как дверь открылась, и рука, в милицейской форме схватив его за шиворот, затащила пьянчужку в участок.

Тусклый свет заставил сощурить глаза, зловонный запах и спертый воздух окутывал все помещение. Вдоль стены стояли деревянные, узкие скамейки на которых полулежали или полусидели люди, мягко сказать, из неблагоприятной среды нашего общества. В углу комнаты железная клетка со скамейкой внутри, где находились два молодых парня и мирно беседовали о том, кому чего говорить и чего не говорить по поводу какой то драки.

На двери в другую комнату было написано «УЧА _ ТКОВЫЙ», чуть ниже другая надпись, состоящая из нескольких нецензурных предложений характеризующих участкового и его интимные связи с однополыми партнерами. Причем текст был вырезан острым предметом так глубоко, что даже неоднократно закрашенный, все равно читался лучше чем «УЧА_ ТКОВЫЙ».

– Да, блин – ну я и попал …! – с сочувствием к себе самому произнес я во весь голос.

– Еще как попал..