Хозяин Вселенной

Если до того имела место попытка внедрить чуждую культуру в среду аборигенов, то теперь, по сути, создаются искусственно новые существа. Которые в итоге вытеснят аборигенов как вид, если им не мешать. То есть эффект будет тот же, как если бы с самого начала уничтожить данный вид разумных».

А в садах Атлантиды уже неспешно гуляют мыслители и философы. Юркий робот-уборщик прибирает аллею, над сонным городом летит изящный аппарат, чем-то напоминающий ладью – обитателям Атлантиды изначально обеспечен весьма высокий старт.

Во-первых, не пристало мыслителям сажать батат и торчать у станков, а во-вторых, время, время поджимает! Уж сколько длится эксперимент, и ничего, кроме головной боли, покуда…

Я вглядываюсь в приближающихся философов. Гладкие, точёные лица, огромные прекрасные очи… Генетически модифицированные, практически бессмертные существа, избавленные от старения и рака и прочих генетически обусловленных недугов… Вот только кончики ушей заострились, ну да это совсем нестрашный побочный эффект.

Между тем в оставленных богами городах жизнь активно исправляет допущенные пришельцами-цивилизаторами ошибки.

Да, жизнь тут кипит. Всего одного-двух поколений оказывается достаточно, чтобы недозрелые аборигены избавились от навязанного свыше морального кодекса. Избавившись от пресса, граждане Утопии и Антиутопии заменяют нудные и малопонятные заповеди на простые и понятные дикарям законы. Параграф первый: «Я так хочу!». Параграф второй «Прав тот, кто сильнее». Вот и всё, и никаких проблем.

А служители богов, утратив с ними связь, по-прежнему воздевают к небесам руки, бормочут заученные слова-заклинания, ещё недавно бывшие звуковыми паролями для приведения в действие различных божественных систем.

Всплывают новые картины – горящие хижины, толпа голых связанных пленников на помосте… А чего такого? Ну наловили дикарей в горах… Кто-то же должен сажать батат и строить дома? Боги велели всем трудиться в поте лица своего, и кто не хочет работать на совесть, должен работать за страх!

Тлетворная деятельность Утопии и Антиутопии по распространению рабовладельческой заразы принимает такие масштабы, что встаёт вопрос о том, как прекратить вышедший из-под контроля эксперимент.

В последней попытке образумить разгулявшихся учеников посылаются эмиссары, но тут выясняется – новые правители городов, обретшие неограниченную свободу, не собираются её отдавать. Аборигены показывают зубы, и припрятанные до поры артефакты обращают свою убойную силу против создателей.