Новый порядок

Собрание с любопытством разглядывало его, хотя в последнее время беженцы с юга были явлением вовсе нередким.

– Уважаемое собрание!..

– Великий Совет – поправил Гехемн – Мы не на деревенском сходе.

– Прошу прощения – чуть смутился говоривший – У нас… у них, в верхних землях, Совет – это сборище начальников, собираемое проклятым Владыкой.

– Почему ты называешь его Проклятым? – подал голос кто-то из сидящих. Тутепх не разглядел, кто.

– А разве это не так? – ощерился говоривший – Владыка Нармер, как и его отец…

– Не отвлекайся, Нехебх – вновь подал голос старейшина Гехемн – Во-первых, расскажи Совету, кто ты и как тут оказался.

Во-вторых, объясни всем, почему Нармер решил начать войну сразу после окончания разлива, а не после сбора урожая.

– Слушаю, о мудрейший – Нехебх почтительно поклонился, вновь обернулся к Совету – Меня зовут Нехебх. Я проживал у Великого озера [3 - Во времена Нармера, в конце IV тысячелетия до н. э. на месте нынешней Файюмской котловины было огромное озеро.

Прим. авт.]. Мы жили, честно соблюдая древние законы. Но семь лет назад воины прежнего Владыки по имени Ка – да будет проклят он во веки веков! – напали на нас. Мы защищались, но их было очень много. Они убили всех, кто не бросил оружие или не успел скрыться. Мой отец погиб тогда – на лице Нехебха задвигались желваки – Я был молод и быстр, и мне удалось уйти. Мы думали, что это обычный разбойный набег, какие не раз совершали прежде люди Долины. Но мы ошиблись! Всё оказалось гораздо хуже.

Нехебх прервал речь, наклонившись, взял с земли высокий сосуд с водой, поставленный тут специально для того, чтобы оратор мог промочить пересохшее горло.

– На этот раз – продолжал Нехебх, напившись – воины Повелителя никуда не ушли. Они согнали всех, кто мог стоять на ногах, и заставили строить дом-крепость, каких прежде никто не видел. Стены из сырцового кирпича, толщиной в полтора шага и высотой в десять. Ворота они поставили сами, срубив наши священные деревья, росшие вокруг святилища тысячу лет.

Ворота получились толстые, почти как стена, и навешены на кованых медных петлях в пять талантов каждая.

По собранию прошёл гул изумления.

– Когда эта крепость была построена, они оставили в ней часть своих и ушли, забрав зерно и скот, оставив нам ровно столько, чтобы мы не сразу умерли с голода – продолжал своё повествование Нехебх – И с тех пор всё время грабят нас, требуя отдавать большую часть урожая и приплода скота.