Последний корабль в Бессмертные земли

Дождавшись, когда народ разойдётся, Гы-Хырр взял в руку нож, не вынимая из ножен, поднёс к лицу. Нажал на определённое место, как учил дух, и спустя несколько мгновений из ниоткуда раздался голос духа.

– Слушаю.

– Гы-Хырр всё сделал, как ты велел, Великий дух Майар. Завтра все готовы учиться.

– Ну и хорошо. Завтра с утра я буду у вас.

И всё. И нет никого. Орк хмыкнул, ещё раз оглядел со всех сторон волшебную вещь. Надо же, она ещё и разговаривает… А впрочем, это не так важно. Главное, она здорово режет!

* * *

Маленькая полупрозрачная рыбка дёрнула хвостом раз, другой и снова застыла в неподвижности.

Только крохотное сердечко билось, выдавая жизнь.

Илуватар вздохнул и огляделся. В обширном сумрачном зале призрачным розовым светом светились круглые колонны, от пола до потолка. Восемь колонн, наполненных физраствором, пронизанным медузовидными щупальцами и волокнами – системами контроля и жизнеобеспечения агрегата, носившего короткое название «нида». Впрочем, словесные названия различных предметов, явлений и устройств уже давно являлись для валаров скорее традицией, нежели необходимостью – телепатические мыслеобразы объёмнее, точнее и богаче словесных конструкций…

Дальняя стена зала всколыхнулась, как вода, в которую бросили камень, расступилась, и в помещение вошла Варда.

Цокая копытцами по твёрдому шершавому полу, подошла к Илуватару.

«Как успехи?»

«Вот» – валар кивнул на ближайшую колонну с рыбкой, запутавшейся в щупальцах агрегата. – «Четыре пары, как в учебнике»

Некоторое время Варда разглядывала зародыш, покоящийся в центре колонны.

Словно почувствовав посторонний взгляд, эмбрион снова задёргался и так же внезапно затих.

«Возможно, хватило бы одной пары. Ты же сам говоришь, генотип вылизан до предела совершенства…»

«Это так, и вырождение от близкородственного скрещивания им не грозит. Можно из поколения в поколение жениться на собственных сёстрах. Однако представь, Ва, как это будет выглядеть – все мужчины одинаковы, как две капли воды, и женщины тоже.

Одинаковы больше, чем однояйцевые близнецы. И так до конца времён. У них же совершенно отсутствуют подавленные, рецессивные гены. Нет, всё просчитано – для внутривидового разнообразия нужно не меньше четырёх пар»

Валарка оглянулась.

«Темно тут»

«Иначе нельзя. Яркий свет раздражает зародышей»

«Да знаю, знаю»

Рыбка в объятиях щупалец снова забилась, будто пытаясь вырваться, но манипуляторы ниды держали добычу надёжно.