Продолжение следует

Я говорю это тебе при свидетелях, в ясном уме и твердой памяти.

– Этот город не один на планете, Рата.

– Не называй меня Ратой, я не разрешаю. И вообще, дорогие коллеги, я понимаю, что мне тут больше не работать. Ну что же. Запомните мои слова. Вы все трусы, вы боитесь крови. А эти гады крови не боятся, они купаются в ней. И пока вы не научитесь выжигать осиные гнезда, выжигать, не считая убитых, ничего у вас не выйдет.

– Убитых тут хватает и без нас. Чужую кровь лить легко…

– Не надо.

Не надо словоблудия. Вы будете возиться с вашим точечным вмешательством, а болезнь будет распространяться шире и шире. И когда она захватит всю планету, ваши преемники сбегут отсюда, сбегут из пропащего навеки мира, прокляв вас за бездеятельность и трусость.

– И что ты конкретно предлагаешь? – подал голос ангел, один из державших девушку во время истерики.

– Ты отлично понял меня, Арт, не строй из себя бескрылого младенца. Все пораженные земли должны стать дикими.

Новые, не затронутые болезнью народы заселят эти земли, а нам останется только следить, чтобы начинающие тираны вовремя гибли вместе с чадами и домочадцами. Все империи надо гасить в зародыше.

– Тебя надо лечить, Рата.

– Я здоровее вас всех. Я так понимаю, плутоний вы мне не вернете?

– Разумеется, нет.

– Тогда дальнейшую болтовню с вами, мои бывшие коллеги, я считаю бессмысленной. Я все сказала. Дикси!

Диафрагма люка за Ратой закрывается медленно, осторожно.

Это вам не теперешние люки, словно возникающие из ничего. Публика подавленно молчит.

– Сколько там накапало?

– Сто семьдесят пять тысяч доллей чистого плутония. Причем уже в готовых отливках, оставалась сборка заряда. Она трудилась всю ночь, запустив сразу четыре элемент-конвертора. И двух универсальных роботов взяла с собой.

– Она не получила дозу облучения?

– Вроде нет. Она работала на редкость собранно и спокойно, там сохранилась контрольная видеозапись.

Координатор нервно заходил по залу.

– Послушай, шеф… Ну не переживай так… Все образуется…

– Перестань, Арт. Ты считаешь, за сочувственной болтовней тебе удастся скрыть подлинные мысли?

* * *

– Это было новое тяжелое поражение, – Уот все вертит и вертит свой серебряный карандаш. Может, его это и успокаивает, но вот меня понемногу достает… – Общественное мнение тогда разделилось.