Загадка

Загадка

Павел Комарницкий

Много тысячелетий жили в ледниковой Европе неандертальцы, пока не пришли на их земли наши предки. Исход борьбы двух разумных видов очевиден – на Земле останется только один…

Совместная испано-российская археологическая экспедиция обнаруживает древнее захоронение неандертальцев, возможно, самых последних на планете. Что чувствовали они перед смертью, о чём думали? Почему один из древних людей захоронен отдельно от остальных?

Загадка кажется неразрешимой…

Павел Комарницкий

Загадка

– …Сеньор Алекс, сеньор Алекс, там… сеньор Алекс, мы нашли!

– Что нашли, Люсия? – вопрошаемый, высокий худой мужчина лет за пятьдесят, сидящий на плоском камне, спрятал в карман записную книжку, невольно любуясь девушкой – чуть запыхавшаяся, разрумянившаяся от быстрого шага, смуглая, черноволосая и черноглазая Люсия была сей момент чудо как хороша.

– Я, конечно, не профессор – Люсия сдула со лба растрепавшуюся челку – но по-моему, это стоянка неандертальцев.

С захоронениями, сеньор Алекс!

– Ну! – профессор вскочил, выказав несколько неожиданную для его лет прыть, и широким быстрым шагом двинулся в гору, на ходу отклоняя ветви кустов, буйно разросшихся вдоль еле приметной тропки. Девушка едва поспевала за ним – Сеньор Чавес на раскопе?

– Разумеется, сеньор Алекс, это сеньор Чавес и углядел. Мы бы прохлопали, правда!

…Совместная российско-испанская археологическая экспедиция работала в западных отрогах Кантабрийских гор уже третий месяц, но результаты были мизерными: обломанный наконечник копья, расколотый кремневый желвак да пара расщепленных костей, принадлежавших древним родственникам современных вездесущих испанских коз – вот и вся добыча.

Средства, отпущенные на экспедицию, стремительно таяли, да и занятия в университете должны были начаться буквально на днях, и руководитель экспедиции профессор археологии Педро Чавес давно свернул бы поиски, будь результаты хоть чуть значительнее. Но возвращаться с абсолютно пустыми руками гордый потомок конкистадоров позволить себе никак не мог. К тому же в экспедиции участвовал русский профессор Алексей Иванович, которого все здесь звали только по имени: «сеньор Алекс», потому что правильно выговорить его фамилию – «Борисоглебский» – мог только испанец, всю свою сознательную жизнь посвятивший изучению русского языка.