Без гнева и пристрастия

 – Поступил сигнал о прорыве безвременья.

– Серьезно? – удивился я. – Что же там могло так рвануть?

– Не знаю, – пожал плечами дивизионный комиссар, даже не пытаясь придумать правдоподобного объяснения происходящему.

– Обычная стройка? Откуда там прорыв?

Навин прицепил на пояс чехол со служебным ножом, проверил револьвер и лишь после этого соизволил сообщить:

– Возводят очередную высотку. Представляешь, на какую глубину уходят сваи? Если взрывом полностью разворотило фундамент…

– Внизу, случаем, не линия подземки проходит?

– Нет, иначе строительство бы не согласовали.

– Тогда все это неспроста.

Вечность окружала города со всех сторон, но технологии защиты были давно отработаны до совершенства, и обычный взрыв никак не мог послужить причиной прорыва безвременья. Сбой мог произойти лишь из-за чьего-то намеренного вмешательства.

– Бомбисты? – предположил я.

– Возможно, – поморщился Навин.

 – Но что им делать на стройке?

Послышался вой сирен, водитель сильнее надавил на педаль газа и вывернул руль. Машина выскочила на полосу встречного движения, обогнала пожарный автомобиль и сразу юркнула обратно. Я глянул в лобовое стекло и увидел, как по направлению движения над крышами домов поднимаются к небу клубы серого дыма.

– Подъезжаем, – предупредил нас полицейский водитель и сбросил скорость, тормозя перед оцеплением.

Мы выбрались из машины, и в нос сразу ударила резкая вонь алхимических реагентов, хлора, сероводорода и еще чего-то даже более отвратительного.

На глаза навернулись слезы, я прикрыл низ лица шляпой и попытался оценить обстановку, но клубившийся по земле едкий черный дым почти полностью перекрывал обзор. Видно было лишь поваленную при взрыве ограду стройки, да груду развалин, оставшихся от возводимого здания.

Всюду стояли пожарные машины; взмыленные огнеборцы качали помпы, пытаясь залить реагентами расползавшееся от руин безвременье, но напор Вечности был слишком силен, и люди шаг за шагом пятились и отступали.

– Комиссар! – подскочил к нам лейтенант дивизиона алхимической безопасности. Он сорвал с лица резиновую маску с запотевшими окулярами, жадно глотнул воздух и вытер раскрасневшееся лицо. – Комиссар, мы долго не продержимся!

– Что происходит? – потребовал объяснений Ян Навин.