Мор

– Твои желания – закон, о повелитель девичьих грез, – проворковала девушка, зашла мне за спину и, не преминув на миг прижаться упругой грудью, занялась стрижкой.

А вскоре пожаловали и остальные циркачи. Альб молча уселся на сундук и обхватил колени своими несуразно длинными руками; Гуго – изящный седовласый франт в отлично скроенном, но уже изрядно поношенном костюме – неодобрительно поцокал языком и прошелся вокруг меня.

– Так понимаю, у нас действительно проблемы… – раздраженно пробормотал подвизавшийся на ниве балаганных фокусов щеголь, давно уже лелеявший несбыточную мечту получить перевод с разъездной работы на какую-нибудь синекуру в столице.

– Не все так плохо, – морщась из-за щекотавших шею обрезков волос, ответил я.

– Правда?

– Да. Все много-много хуже.

– Мор? – сразу догадался Гуго. – Думаешь, это настолько серьезно?

– Именно, – вздохнул я.

– И что в нем такого? Подумаешь, заболел кто-то! – фыркнул Альб, который отвечал в труппе за силовое решение проблем. Наши проблемы имели обыкновение ходить вооруженными до зубов, но коротышка по праву считался мастером поножовщины, и проколов у него на сегодняшний день не случалось ни разу.

А вот шевелить мозгами он по обыкновению не любил.

– Слишком быстро зараза распространяется, – передернул плечами Гуго.

– Мор – не простая зараза. – Я поднялся с табурета, стоило Берте закончить стрижку и худо-бедно стряхнуть обрезки волос с моих плеч и спины. – Мор вызван чернокнижником. В мертвых телах присутствовали отголоски скверны.

– Бесов праздник! – охнул седой фокусник. – Сами розысками займемся или в надзорную коллегию сообщим?

– Кто – мне и без надзорной коллегии известно. Неизвестно лишь, как им это удалось провернуть, – ответил я и зажмурился, смачивая короткий ежик черных волос остро пахнущей хвоей жидкостью. – В Леме орудуют братья-экзекуторы.

– Чушь! – вскинулся Альб. – Не может такого быть!

– Не буду спорить – чушь, – согласился я. – Но по дороге сюда мне пришлось одного из них упокоить.

– Не верю! – продолжил упорствовать жонглер.

Оно и понятно: крайне неразумно обвинять в распространении болезни едва ли не самый могущественный монашеский орден, долгие века сжигавший бесноватых по всей полуночи Святых Земель. И не только там…

– Как будто твое мнение имеет какое-то значение! – презрительно скривилась Берта, принесшая мне таз с чуть теплой водой.

– Но зачем экзекуторам понадобилось насылать на город мор? – задумчиво потер гладковыбритый подбородок Гуго.