Москит. Том 2

– Ждали нас, не могли мы вот так сразу случайно на них напороться, – решил Никита, прикрыл царапину сложенным на несколько раз бинтом, сверху наклеил откромсанную от катушки полоску лейкопластыря.

– Не ждали, – покачал я головой. – Почуяли операторов и выдвинулись наперерез.

– Дело пахнет керосином, – заявил крепыш-вахмистр. – Если они разом по всей линии соприкосновения под прикрытием тумана атакуют, не отобьёмся.

– Да это понятно! – досадливо поморщился поручик. – Это как раз понятно…

У меня внутри всё так и свело, но не стал отмалчиваться, предложил:

– Давайте я схожу.

Поручик глянул как на психа, вахмистр егерей и вовсе прямо заявил:

– Зазря пропадёшь только.

Мне геройствовать нисколько не хотелось, но альтернатива пугала несравненно больше, вот и пояснил, обращаясь в первую очередь к взводному разведчиков:

– У меня потенциал на нуле, с предельным заземлением даже ясновидящие с расстояния в сотню метров не почуют, если целенаправленно искать не станут.

На ту сторону не пойду, задействую активный поиск от речки и рвану обратно.

Отговаривать меня поручик не стал, да и с чего бы? Без точных разведданных нам не обойтись, а простого бойца не послать. Нужно понимать, что именно задумали нихонцы. Нужен оператор.

Сердце так и постукивало, но я испуга не выказал, оставил в подсумке одну гранату, рассовал по накладным карманам на бедрах пару автоматных магазинов, подтянул ремень, подпрыгнул.

Заодно до предела усилил заземление, это вышло уже само собой даже особо концентрироваться для этого действа не пришлось.

– Не рискуй попусту, – напутствовал напоследок Глеб Аспид и препоручил меня унтеру-сапёру.

Я выслушал повторный инструктаж, но в отличие от егерей не рискнул двинулся через прореху в рядах колючей проволоки, а решил обогнуть их справа, заодно оставив в стороне и минные заграждения. Так что взял наизготовку автомат и зашагал к опушке, дальше пошёл уже вдоль неё, затем без всякой спешки, медленно и плавно, контролируя буквально каждый свой шаг, начал спускаться по заросшему кустарником и молодыми берёзками косогору.

Восточный склон был достаточно крутым, приходилось прилагать немало усилий, дабы не припустить вниз со всех ног, а то и вовсе не покатиться кубарем.

Время от времени я замирал и прислушивался, но – тишина, только сверчки стрекочут, да филин где-то в лесу пару раз ухнул.