Тревожные сны

За этими мыслями Алиса даже позабыла, с чего все началось. Письмо… Злосчастное письмо, которое муж собственноручно предъявил ей. Но как оно у него оказалось?

– Глаша, – от обманчиво мягкого тона госпожи девушка вся напряглась, – А как ты думаешь, с чего бы ему быть таким?

Девушка отчаянно пыталась не встречаться глазами со взглядом хозяйки, все еще изображая совершенное непонимание.

– Да кто же знает… Ну мало ли… Нету у меня времени о подобном размышлять… Вот и сейчас цветок пересадить нужно. Так я пойду…

– Стой, – Алиса больше не пыталась говорить спокойно.

Злость с каждой секундой в ней только возрастала.

«Предательница…»

– Каким образом та записка, что я поручила передать тебе господину Тилингу, оказалась в руках Сергея Владимировича?

Щеки девушки залил румянец, она потупила глаза и молча уставилась в пол. Затем вдруг вскинула голову и разрыдалась.

– Алиса Романовна, простите меня! Не гневайтесь! Виновата я, ой, виновата! Скажите слово любое, только не смотрите так грозно! – она уже хотела бухнуться на колени, когда Алиса, которой порядком надоел весь этот пустой лепет, дернула ее за руку, заставив прекратить реветь и испуганно посмотреть хозяйке в глаза.

– Прекрати! – прошептала зло… – Немедленно рассказывай, что произошло.

Глаша быстро захлопала длиннющими ресницами и, уже без причитаний, затараторила, по временам все же всхлипывая:

– Когда вы мне записку-то отдали, я ее сразу понесла, куда было велено. Да, видать, поторопилась, сложила плохо, потому что прямо на выходе письмо у меня возьми да выпади.

А я, дура, и не заметила…. Да на беду, прости меня, Господи, за такие слова, мимо как раз Сергей Владимирович проходил. Услышала только, когда окликнул. А он записку-то поднял, да и говорит, что, мол, обронила я. И тут у меня ноги будто отнялись. Ни шагу сделать, ни слова вымолвить. Поняла, что конец мне. А он подошел так нетерпеливо, хотел, видать, отдать обратно. Да только записка-то при падении развернулась. Вы же, Алиса Романовна, печати не ставите, а из конверта она возьми да выпади…

Тут Алиса не выдержала:

– Что ты врешь? Опять свой нос совала, куда не следует? Не могло оно из конверта выпасть никак! Тебе все интерес, а знаешь, что произошло из-за тебя… – Алиса остановилась.

Не нужно Глаше было знать о таких подробностях. Желание ударить непутевую девку в ней едва подавлялось голосом разума, вторившего, что это просто глупо и ни к чему не приведет. Сама виновата.