Осквернитель

 – А теперь на смену железному старику в канцлеры метят кронпринц Иоанн, которого готовили-готовили к вступлению на престол, да так и не подготовили, и его желчный дядюшка, полагающий, будто его плешивая макушка станет куда лучше смотреться с короной!

Я задумчиво кивнул, принимая услышанное к сведению.

Кузен его величества принц Августин никогда своих притязаний на трон особо не скрывал, но при жизни канцлера никаких активных действий в этом направлении не предпринимал, лишь изредка шокируя высший свет резкими, явно провокационными заявлениями.

Официальный же наследник Грегора Четвертого – его племянник кронпринц Иоанн – полагал свою будущую коронацию делом решенным и участию в государственных делах предпочитал разгульную жизнь в фамильном охотничьем замке.

Поговаривали, правда, будто сбежал он туда вовсе не от политики, а от оставленной в столице супруги. Ладно, хоть наследников перед этим настрогал…

– И они еще будут указывать мне, как надо работать! – продолжил распаляться Джек Пратт. – Они! Мне!

– Указывают, да? – про себя посмеиваясь, округлил я глаза.

– Да что с тобой разговаривать! – влет раскусил мою игру Джек, который до перехода в Охранку работал шпиком надзорной коллегии и видел людей насквозь. – Тебе, Себастьян, только бы позубоскалить, а у меня голова от них пухнет! Орут и приказывают! Приказывают и орут! И все – невпопад! – Пратт вздохнул и махнул рукой: – Ай, да что я распинаюсь, один бес, тебе не понять!

– На меня не покричишь, да, – подтвердил я, сделав очередной глоток вина.

Приятель задумчиво глянул на свой бокал, потом неопределенно хмыкнул и опрокинул в себя его содержимое.

– Тебе хорошо, – вздохнул он, поднялся с мраморной плиты и зашагал на выход.

Я – следом.

Вода в бассейне на этот раз обожгла холодом горного ручья, но я все же немного поплавал и даже окунулся с головой, прежде чем выбраться наружу. После прошел в комнату отдыха, а там Джек уже разлил нам по новой.

– За его светлость! – объявил он, залпом выпил вино и плеснул себе еще.

У меня в голове уже шумело, поэтому я торопиться не стал и лишь слегка пригубил ароматный напиток.

Хорош, зараза, но больно уж крепкий.

– А хуже всех герцог Арно! – продолжил Пратт разговор о наболевшем.

Я о внучатом племяннике его величества был немало наслышан, потому лишь приподнял брови, демонстрируя заинтересованность.

Джек потянулся всем телом, и украшавшие его тело татуировки поползли, подобно живым змеям, свиваясь в новый узор.