Последний город

Без серебра так лихо зачистки проводить уже не получится. А командование Гвардии прекрасно понимает, что стоит пару раз облажаться, и деятели из Комитета Стабильности или городской администрации их в один момент с потрохами схарчат. А оборотни… да ничего они своими протестами не добьются. И запрет на свободное обращение серебра и изделий из него вовсе не из-за перевертышей ввели. Кто бы об этом что себе ни думал.

В это время кабинку магофона покинул молодой ординар, и я поспешил занять его место. Светильник под потолком едва мерцал, матовое стекло двери тоже особой прозрачностью не отличалось, и двадцатизначный номер пришлось набирать чуть ли не на ощупь.

Сканер магофона холодом уколол левое веко, и, поморщившись от неприятного ощущения, я приложил к аппарату ладонь.

В голове зашумело, на миг почудилось, будто из тесной кабинки перенесся в огромную аудиторию с высоченными потолками. Со всех сторон послышались едва различимые шепотки, по затылку словно провели призрачной ладонью, а вот виски заломила вполне себе реальная боль.

Да уж, перетрудился сегодня. А ведь еще не вечер…

– Привет, Лисенок,– первым поздоровался я, когда эхо чужих мыслей смолкло и магофон наконец отыскал вызываемого мной абонента.– Можешь разговаривать?

– Что-то случилось? – Прозвучавший в голове голос показался немного взволнованным.

Все верно – слишком рано для звонка. Интересно, где она сейчас – в «Руне»? Должно быть. И, скорее всего, на занятиях, а значит, эхо чужих мыслей могло вовсе не почудиться.

Надо бы покороче…

– Заморочки на работе,– я постарался ответить как можно спокойней.– Даже не знаю, когда сегодня получится вырваться. Не теряй.

– Ты пил? – Да уж, не стоило и надеяться провести ясновидящую. Дурацкая была затея…

– Это следствие, а не причина.– Я решил пока ничего не объяснять.– Извини, надо бежать. Целую.

В голове вновь заворочалась боль, и связь оборвалась еще раньше, чем я убрал ладонь с аппарата. На небольшом экране высветилась сумма, подлежащая списанию с лицевого счета, но деньги сейчас волновали меня меньше всего.

Слишком уж паршиво себя чувствую. Да и сердце не на месте…

Когда вернулся к столу, парни уже сворачивались: Артур расплачивался по счету наличными, Ян и Эд осматривались в поисках забытых вещей.

– Сколько с меня? – поинтересовался я у командира.

– Все потом,– отмахнулся тот.

– Говорил же, не надо было болид в Управлении оставлять.– Ян на всякий случай заглянул под стол и направился на выход.