Рутинёр

Я обернулся и увидел вышедшую на задний двор Адалинду. Всю первую половину дня мы до хрипоты спорили с ней, согласовывая последние правки в отчёт о проверке следственных действий, и всё же наш отъезд маркиза не пропустила, как не позабыла и о просьбе обеспечить документами Марту. Шурша юбками строгого чёрного платья, сеньора Белладонна подошла, с усмешкой глянула в спину спешно отправившегося проверять лошадей Микаэля и протянула мне перетянутую тесёмкой пачку бумаг.

– Подорожная уроженки города Риер фрейлейн Кюстер, семьсот пятьдесят восьмого года рождения.

– Благодарю, – улыбнулся я, принимая документы. – Твоя помощь, Адалинда, просто бесценна.

– Всё в этом мире имеет свою цену, – цинично отметила маркиза, рукой в чёрной кружевной перчатке поправила шляпку и невесть с чего сказала: – Я попросила Уве присматривать за девочкой.

– Очень любезно с твоей стороны.

– Брось, Филипп! – отмахнулась сеньора Белладонна. – У меня в этом деле, уж прости за прямоту, имеется шкурный интерес.

Ну ещё бы! Заполучить истинного мага не откажется ни один магистр-управляющий, так что предусмотрительности Адалинды оставалось лишь позавидовать. Но – нет, не забуду. Такая… девица нужна самому.

Я покачал головой, и маркиза улыбнулась.

– Мне ли не знать, сколь непостоянна мужская натура? – сказала она и, понизив голос добавила. – И потом, Филипп, вовсе не факт, что ты этот год переживёшь. С твоим-то везением! Ты ввязался в опасную игру и…

– Что – и? – поторопил я замолчавшую на полуслове собеседницу.

– Твои способности противоестественны, – не стала отмалчиваться сеньора Белладонна. – На мой счёт можешь не волноваться, мне до этого дела нет. Но повторюсь – эфирное тело не червяк, душу невозможно рассечь на две полноценные части. С тобой что-то не так, Филипп. Очень-очень сильно не так. И не имеет значения, был ты со мной полностью откровенен или выдумал всё от начала и до конца.

Святые небеса, кому понять как не мне?! Адалинда прямо намекала на мою связь с запредельем! В историю с рассечением эфирного тела она не поверила и, надо сказать, эта её убеждённость в невозможности подобного развития событий меня откровенно беспокоила. Я всегда смотрел на ситуацию под одним-единственным углом зрения, но сейчас лишь с немалым трудом отогнал совершенно неуместные сомнения в собственной правоте.