Скользкий

 – Я с того года уже в Патруле не числюсь, мне на Дрона глубоко…

– А я тут с Крестом разговорился по приезду – он теперь, кстати, командир роты дальней разведки – вроде Дрон без вести полгода назад пропал. До сих пор не всплыл.

– Ну и … леший с ним. Мне по барабану, – постарался я ничем не выдать своего облегчения от этой новости. Теперь хоть этого колдуна недоделанного бояться не надо. А то еще бы отрыл, что с его братом приключилось, и все – кранты мне…

– Да мне тоже. Мне тут, знаешь, чего, предложили?

– Пока еще не знаю.

– Да ты слушай. Новую структуру сейчас формируют, типа погранвойск. Знаешь, кого начальником делают? Витьку Молохова – помощника Михайлова. Я с ним разговаривал, он предложил прапорщиком к нему пойти.

– А чем заниматься?

– Говорю же – пограничные войска. Только Город высунется, сразу ему по мордям!

– Ты как, согласился?

– Думаю. Понимаешь, и на гусеницы намотать запросто могут и уже не по неделе в рейде, а по три месяца на заставе на границе куковать.

– Хрень.

– А то. Но платить обещают прилично. И тут слух еще такой пошел, что Патруль и Гарнизон скоро под Дружиной будут, а их начальников замами Воеводы сделают. На фига мне эти катаклизмы? Чтобы мной какой-нибудь сморчок-дружинник командовал? Теперь вот думаю…

– Думай. – Я намотал на ус информацию. – Слушай, ты зачем на рынок пришел?

– За арбузом.

– Чего?! За арбузом? Сегодня какое число?

– Девятое.

– Вот! Какой арбуз девятого июня?!

– Пацаны видели – уже торгуют. Вроде на той неделе целая фура к нам провалилась.

– Шура, не гони, в них половина веса – это нитраты.

– Да хоть три четверти, – уперся Ермолов. – Как представлю водочку холодную, да под арбуз… У меня аж скулы сводит.

– Только зря деньги потратишь. – Я пошел вслед за Шуриком.

– Деньги? Какие такие деньги? Мне с утра жалованье за шесть месяцев выплатили. Ты мне о деньгах не говори лучше. – Шурик внимательно осмотрел продуктовые ряды, выискивая, не мелькнут ли где зеленые шары арбузов. – Да, пока не забыл, что у нас там с «Драконьими яйцами»?

– У нас? У меня все хорошо, свои сам у Игоря-Сапожника забирай.

– Договорились. Лед, смотри! Вон они, лежат, родимые!

– Угу, – протянул я.

Шурик кинулся к арбузам и начал крутить их в руках, трясти, давить и простукивать. Плешивый продавец молча смотрел на это безобразие, но цена за килограмм наверняка повышалась с каждой минутой. Ничего, поторгуемся.