Там, где тепло

Отложивший книгу пожилой гимназист в вытертом на локтях свитере и вельветовых штанах уставился в хрустальный шар, сосредоточился и вяло махнул рукой:

– Порядок!

– Проходите, – разрешила девушка.

Один из солдат гарнизона, провернув несколько раз штурвал, с усилием распахнул массивную дверь, и Городовский похлопал меня по спине:

– Идите, там уже Селин встретит.

Я настороженно прошел по коридору со стенами из неоштукатуренного красного кирпича к перекрывавшим его железным воротам и, обернувшись, спросил:

– И что дальше?

– Сейчас проверят, и пойдем, – просветил меня Напалм.

 – Минутное дело.

– На предмет чего проверят? – захлопала глазами Марина.

– А вдруг ты контрабанду тащишь? – усмехнулся пиромант. – Ну там амулеты несертифицированные или наркоту?

– Вот еще не хватало! – фыркнула девушка.

В этот момент я почувствовал, как коридор заполняется магической энергией, а мгновенье спустя по ней, подобно хищным рыбам, начали сновать поисковые заклинания. Но наваждение почти сразу схлынуло, и вздрогнувшие створки ворот медленно разошлись в разные стороны.

Мы прошли в небольшую комнатушку, под потолком которой висел время от времени помаргивавший алхимический светильник, и сидевший в стандартном «аквариуме» колдун оторвался от лежавшего перед ним на столе хрустального шара.

– Кто тащит Л-13? – строго поинтересовался он, и скучавшие у входной двери рядовые немедленно оживились.

– У меня в лечебных целях, – обливаясь холодным потом, заявил я.

– Да? – Удивленный гимназист вновь глянул в глубь шара и кивнул: – А, ну да, есть отметка.

Проходите.

Напалм хрюкнул от удивления, но промолчал. Я тяжело вздохнул и пояснил скорее даже не ему, а Марине:

– Говорю же, спину сильно потянул. В качестве обезболивающего прописали.

– До Северореченска полностью эту дрянь используй, – предупредил пиромант. – Там за такое тебя сразу и навсегда от боли избавят. Самым верным средством – петлей на шею. Спину он потянул!

Я хотел было отшутиться, но распахнувший дверь Напалм уже скрылся на улице.

А там стало не до зубоскальства: накатывавшая со всех сторон магическая энергия пронзила сотнями ледяных игл, и мне с трудом удалось устоять на ногах. В голове зашумело, серость раннего утра и бескрайняя заснеженная пустошь вдруг налились нереально яркими красками, но через пару ударов сердца ясновидение подстроилось под изменившуюся обстановку и зрение пришло в норму.

Зрение пришло в норму, однако легче от этого не стало.