По велению рока. Сборник рассказов

– Слушаюсь, сенатор, – обречённо согласился, ещё секунду назад сиявший энтузиазмом, элир.

Разочарование и обида кружили вокруг Самиля, но его суть и сущность были светлыми, белыми и ничто не могло их омрачить. Недостойные чувства рассыпались облаками пыли, их подхватил ветер и унес во тьму, туда, где Тёмный маг плетёт свои козни…

– Некогда ждать, нужно действовать! – убедил себя элир и, не спеша, стараясь не привлекать лишнего внимания, зашагал в сторону пелены. Был лишь один способ все узнать – пойти и проверить: «Если у правительства нет на это времени, значит, я сам этим займусь.

Это и мой город тоже».

Отдаляясь от богатых многоэтажных, чистеньких домов с ухоженными лужайками, двигаясь среди бедных кварталов, Самиль видел тех, кто по-настоящему страдал из-за последствий катаклизма. Несчастные, каждый день заглядывающие в лицо тьме, в лицо самой смерти. Именно их дети всё чаще идут за грань, не в силах противостоять ей.

В глазах местных жителей читалось осуждение за молодость и бодрость, за опрятность и чистоту, у них всё это забрали.

Они смиренно ждут, что сегодня или завтра их поглотит чернота.

Свернув за очередной бедный и уже не совсем белый домик, Самиль вдруг резко вернулся за угол. В двадцати футах от стены здания, двумя плотными шеренгами выстроились воины света – сильные и могучие, преданные добру и бесстрашные перед злом. Буквально в шаге от них начиналась пелена, серебристо-прозрачная завеса, за которой только абсолютная чернота. В ней, на самой грани видимости стояли ряды тёмного воинства.

Светлые воители никогда не покидали свой пост, пока не придет их смена. Воины со щитами солнца – воплощение ярости самого света, его карающий меч, но даже в таком непроходимом кордоне есть брешь, о ней почти никто не знает, но она есть, ведь светлые юноши и девушки как-то уходят во тьму…

Чёрная лилия

Гатха сидела у фонтана, задумчиво шевеля пальцами правой руки, опущенными в чёрную воду. Гладь вздыбливалась лёгкой рябью с тихими всплесками, лишь эти тонкие, ласковые звуки нарушали мрачную тишину.

Казалось тут царит могильное спокойствие, но безмятежность тёмной половины города была обманчива. Здесь не бывает праздно снующих жителей, каждый занят работой. Ранки ткут чёрные одежды, куют тёмное оружие и доспехи, другие закрашивают дома и заборы, положенным чёрным цветом.

Среди угольной палитры мелькал и кроваво-красный. К примеру, чаще всего им покрывали откосы дверей.