Семь

Между большим и вторым пальцем втиснула карандаш, левой ногой раскрыла тетрадь и записала:

Это день неожиданной радости

не продашь, не сменяешь на золото.

Эйфории, катарсисы, сладости

к нему радугой пёстрой приколоты…

Алина положила на пол карандаш. Закрыла тетрадь. И легла, закрыла глаза. Под шум дождя начала засыпать. И где-то между явью и сном ей привиделось, будто стоит она в пустом Исаакиевском соборе в Санкт-Петербурге.

Тишина. Медленно открылись Царские врата.

Из алтаря на амвон вышел бородатый человек в рясе, похожий на Достоевского. Он поднял руки и возгласил:

– Красота спасёт мир!

– Красота, – повторила Алина, рассматривая внутреннее убранство храма.

Вдруг краска с икон, со стен и потолков начала стекать на пол. Дошла до ног Алины, и девушка быстро пошагала из храма и вышла в полутьму, в хмурь. Вот площадь вокруг собора. По её периметру дома современные высотные. А на них огромная, закрывающая небо железобетонная плита с египетскими орнаментами.

За Алиной шёл и человек с лицом Достоевского, нахмурился и спросил:

– Красота спасёт мир?

– Спасёт, – соглашаясь, ответила Алина.

Человек помотала головой и ткнул пальцем в грудь Алины.

– Да, внутри она, красота! – сказала он, страшно засмеялся и превратился в стаю чёрных ворон и белых голубей, которые взмыли вверх, ударились о плиту и упали все на площадь. Алина посмотрела на окровавленных птиц, а когда подняла глаза, обнаружила, что стоит на Красной площади в Москве.

Солнце, небо голубое, облака белые. И много людей без рук. Они ходят по площади и пинают птиц.

– Что вы делаете? – возмущённо крикнула им девушка.

Ей ничего не ответили. Но она услышала разговор двух человек.

– Да, страна проиграла в холодной войне и стала с её разрушающейся экономикой вассалом Запада. Да, разгул бандитизма, наркомания и пьянство. Разрушенная армия, – сказал один.

– Это называется естественный отбор.

Остались сильные и смелые, – ответил другой.

– И умные? Умные, кто смог, уехали за бугор… Естественный отбор? Демографический кризис! Голод. Отсутствие работы. Закрытые заводы. Опустевшие поля. Кучка олигархов под шум чеченской войны хапнула госсобственность. Обман в залоговых аукционах, в ваучерах, несправедливая приватизация.

– Но, главное, свобода.

– Девяностые годы двадцатого века – это позор.