Разведчик

Я вдруг почувствовал, что слушаю балладу словно через вату. Комната начинала потихоньку кружиться.

– Так, тормози, – приказал я сам себе, – вечер только начался. – Действительно, на столе ещё осталось много закусок, которые я не попробовал.

Сквозь шум и гам застолья, перерастающего в попойку, послышались звонкие гитарные аккорды. Это Саша Заторный где-то раздобыл гитару. Желание есть пропало, сейчас что-то будет! Насколько Коля хорошо поёт, настолько Саша классно играет.

Аккорды слились в один раскатистый звон, Саша запел:

Думы мои – сумерки,

Думы – пролет окна,

Душу мою мутную

Вылакали почти до дна.

Пейте, гуляйте, вороны,

Нынче ваш день,

Нынче тело, да на все четыре стороны

Отпускает тень.

Вольному – воля,

Спасенному – боль.

Вот он я, посмотри, Господи,

И ересь моя вся со мной.

Посреди болот алмазные россыпи,

Глазами в облака да в трясину ногой.

Кровью запекаемся на золоте,

Ищем у воды прощения небес,

А черти, знай, мутят воду в омуте,

И стало быть, ангелы где-то здесь.

Вольному – воля,

Спасенному – боль.

Но только в комнатах воздух приторный,

То ли молимся, то ли блюем.

Купола в России кроют корытами,

Чтобы реже вспоминалось о Нём.

А мы все продираемся к радуге

Мертвыми лесами да хлябью болот,

По краям да по самым по окраинам,

И куда еще нас бес занесет?

Вольному – воля,

Спасенному – боль.

Но только цепи золотые уже порваны,

Радости тебе, солнце мое!

Мы, такие чистые да гордые,

Пели о душе, да все плевали в нее.

Но наши отряды, ох, отборные,

И те, что нас любят, – все смотрят нам вслед,

Да только глядь на образа, а лики-то черные,

И обратной дороги нет.

Вольному – воля,

Спасенному – боль[3 - Песня «Сумерки» группы «Алиса».

Все замерли за столом. Я тоже молчал, я любил и не любил эту песню, она какая-то близкая, хоть и пришла к нам с Внешней Земли. Она что-то задевала в душе.

Потом были другие песни, уже самого Виктора Цоя: «Белый день», «Война» и «Группа крови» – негласный гимн разведчиков в нашей Колонии.

Слова били кувалдой по голове и прямо в душу.

Я уже порядком устал и не выдержал – спросил у головы, куда нас определили на постой.