Работа над ошибками

От частого дыхания лёгкие клокотали и готовы были взорваться.

В какой-то момент он попал жалом ключа в замок зажигания, резко продвинул его вглубь и повернул. Как только машина, прочихавшись, завелась, резко выжал сцепление и нажал на газ. Автомобиль стремительно дёрнулся и заглох.

Он ощутил сильный приступ тошноты. Желудок резко подпрыгнул к горлу, и он почувствовал, как горячий ком начинает стремительный подъём вверх. Стремясь сдержать рвотный позыв, он одной рукой закрыл рот, а другой пытался отстегнуть ремень безопасности.

Отстегнув ремень, он ощутил, как ротовая полость наполняется рвотными массами. Перехватив руки, он стал открывать дверь, сильно сжав губы.

Рвотные массы заполнили весь объём ротовой полости, щёки раздуло, как воздушный шар. С кончиков губ побежала струйка по подбородку. С глаз брызнули слёзы. Лёгкие готовы были взорваться от недостатка кислорода. И когда уже рвота устремилась по носовым пазухам наружу, щёлкнул замок, дверь распахнулась, и он с облегчением вывалил содержимое ротовой полости на асфальт.

На четвереньках выбравшись из машины, он громко икнул и почувствовал новую волну тошноты. Добежав до кустов, на противоположной стороне проезжей части, он упал на колени. Мышцы пресса резко сократились, диафрагма сжалась, и изо рта брызнула мощная вонючая струя. Вывернув всё содержимое желудка, он с трудом поднялся и, вытерев губы рукавом, жадно вдохнул воздух, насыщая лёгкие кислородом.

Надя выскочила из машины и побежала к нему.

– Господи, Слава, что с тобой? – с сильной тревогой в голосе спросила она.

 – Ты болен? У тебя лицо белее мела! Может вызвать «Скорую»?

– Не надо, – просипел он. – Всё прошло. Мне лучше.

Надя помогла ему дойти до скамейки у подъезда и сесть. Достав влажные салфетки, она помогла ему вытереть остатки рвоты с лица и рук.

– Я позвоню на работу и скажу, что не выйду сегодня, – сказала Надя.

– Перестань, – сказал он, изобразив на лице подобие улыбки. – Мне уже лучше. Правда.

Надя взяла его руками за лицо и, посмотрев в глаза, спросила:

– Точно, Слава? По всем признакам у тебя пищевое отравление, хотя я не знаю, что ты мог съесть, вроде бы всё дома свежее?

– Всё хорошо, Надюш, – сказал он.

 – Извини меня, но я не смогу отвезти тебя на работу. Пожалуйста, езжай на такси.

Надя поцеловала его в щёку и дрожащим голосом сказала:

– Слава, это ты меня прости! Мне нужно было обратить внимание на то, что ты плохо себя чувствуешь. Я помогу тебе подняться домой.

– Я сам, Надюш.