Аниматор мира. Часть 2

– Ко всем своим творениям необходимо относится с проницательностью! – Произнес голос, по которому я заскучал.

– Не выдержала, говоришь со мной. – Выразил я сарказм. – Не только людям бывает одиноко. Понимаю.

Я улыбнулся, состряпав вид самого умного человека на всем белом свете.

– Как тут отдаваться сполна, когда этот мир вызывает во мне лишь отвращение? – Моя интонация взорвалась.

– Отвращение? – Спросила комната. – Значит ты все делаешь неправильно. Ведь это мир ужаса, а не рвотных позывов.

Голос уделал меня в неравной схватке.

Я всегда убеждался в том, что не стоит задирать нос. Вот и в этот раз, я наступил на те же грабли.

– Я не могу по-другому работать! – Сказал я более спокойно. – Мой бездушный автоматизм связан с тем, что я не хочу впускать в сердца этот дикий страх. Мир ужаса, как назойливая муха, которая, как ее не отгоняй, в конце концов укусит тебя, укус загноится, и ты сдохнешь.

Я не боялся в этот момент, но сильный негатив испытывал.

– Тогда брось это занятие. – Сказала комната.

 – Зачем делать кое как. Лучше вообще ничего не делать.

– Я все понимаю, – практически прошептал я, – мне этот мир пригодится потом. Впереди целая вечность. Мир не идеален, если в нем чего-то не хватает. И я сейчас говорю про общий и целый мир, который объединяет все наши, хоть ужаса, хоть привычный.

Я сделал паузу, для набора сил, чтобы выдать эмоционально, но это не получилось у меня.

– Я человек! – Пропищал я дрожащие слоги, вместо гордых букв. – И я не могу не замечать того, что будет реальным.

Пусть оно и на бумаге пока.

– Можешь не объяснять, – перебил меня голос, – у тебя это плохо выходит. Но я тебя понял (а).

Я недвусмысленно посмотрел на планировщика, пытаясь разглядеть его пол. Что само по себе являлось идиотизмом.

– Да, да. – Сказала комната. – Ты точно человек. Как научили, так и думаешь. Пол, цвет кожи… чтобы стать совершенным организмом, необходимо сочетать в себе абсолютно все. А ты из крайностей в крайности. То, как человек, то, как холодный процессор.

Никакого баланса.

– Да понимаю я. – Заорал я. – Но пока так. И хватит об этом!

– Ты сам попросил поговорить с тобой. – Попыталась успокоить меня творческая комната. – Именно в споре и несогласии рождается жизнь. В согласии она растворяется в вечность.

– Все ясно! – Прошипел я. – Опять этот бред из сознания монаха. Иди, откуда пришла.

Комната удалилась. Не в смысле исчезла насовсем со всем своим волшебным функционалом, а замолкла, как человек.