Шерлок Холмс в России. Старый русский детектив

Бедная графиня, должно быть, сидела ни жива ни мертва, так как в могильной тишине было слышно даже биение ее сердца.

Но вот у соседнего окна послышался легкий режущий звук.

– Алмаз! – шепнул Холмс.

Звук повторился несколько раз, и стекло вдруг тихо треснуло.

Портьера раздулась от пахнувшего в комнату воздуха, и за окном послышался шорох.

Я ясно услышал, что кто-то карабкается на наружный подоконник.

Вдруг Холмс нервно дернул меня за рукав.

Я быстро взглянул на улицу и увидел силуэт человека, который поднялся почти по пояс над забором.

Человек на подоконнике громко вскрикнул, и мы услышали, как тело его грузно шлепнулось на тротуар.

В ту же секунду Шерлок Холмс быстро открыл окно и, выпрыгнув, бросился прямо к забору.

Сознавая, что нельзя оставлять приятеля одного, я кинулся за ним, крикнув на ходу графине:

– Зовите людей, свяжите лежащего, если он легко ранен, а за фурой пошлите погоню!

В одну минуту мы перескочили через забор, за которым скрылся убийца.

Мы выскочили так быстро, что он не успел отбежать даже до противоположного конца двора, когда мы насели на него. Видя, что бежать невозможно, убийца вдруг остановился, но, к моему удивлению, не направил на нас дуло, а наоборот, опустил ружье прикладом в землю и гордо ждал нас, по-видимому, не собираясь защищаться.

Держа револьвер наготове, Холмс вынул другой рукой из кармана электрический фонарь и направил свет на лицо преступника.

Перед нами стоял человек с благородной осанкой и открытым красивым лицом.

Он был бледен как полотно, но смотрел на нас спокойным взглядом человека, сделавшего то, что повелевал ему долг.

Так выглядит тот, кто убивает на дуэли своего противника, оскорбившего близкого ему человека или задевшего его честь.

– Граф Петр Васильевич Тугаров, я вас арестовываю! – громко и отчетливо произнес Шерлок Холмс, опуская руку с револьвером.

– Я повинуюсь вам, – ответил граф.

– Пожалуйста! – произнес Холмс. – Я – Шерлок Холмс, а это – мой друг, доктор Ватсон.

Глаза графа радостно сверкнули.

– Я рад, что имею дело именно с вами! – воскликнул он. – Вы поймете меня скорее других. Пойдемте ко мне в дом, и если вы боитесь, то созовите хоть всю полицию. Я прошу вас только выслушать все перед тем, как меня уведут в тюрьму.

С этими словами он бросил на землю ружье и револьвер.