Простые истины

– Э-э-э, если ты решил покончить жизнь самоубийством, хотя бы имущество компании не тащи за собой, – ржу, подстёгивая.

– Последовал твоему совету и засунул курицу в духовку. Итог: обугленные угольки, всё в дыму, и Нина, спасающая мою кухню.

Рассказывает о вчерашних приключениях, хоть чем-то поднимая настроение. Воссоздаёт в красках феноменальный крах в роли повара, а я представляю, как была ошеломлена девушка, спасающая большого дядю.

– Ты только Нину не обижай, – напоминаю Игнату, надеясь всё же, что отношения, начавшиеся со спасения, закончатся чем-то большим.

– И не собирался. Даже Жужик проникся к ней глубокой симпатией. Животные всегда чувствуют хороших людей.

– Ежиный радар? – удивляюсь. – Впервые о таком слышу. Уверен, что ежи способны на чувства? Они же не собаки и не кошки.

– Ну знаешь, сестру моей жены, например, Жужик не переваривает. Как только появляется на пороге, сразу убегает, а если берёт в руки, фырчит и кусается.

– Я тебе больше скажу, даже я её не перевариваю. Они со Светой кардинально разные.

– Разные отцы – разные характеры. Всё просто. Вначале часто заходила в гости, чем нервировала. Вроде бы и понимал, что для поддержки, но иногда слова и действия были странноватыми. В последний год совсем пропала, не приезжает, чему я рад. Созваниваемся иногда по юридическим вопросам, если есть необходимость, не более.

– Ладно, когда планируешь появиться?

– В следующий понедельник точно.

– И это, Игнат, – не решаюсь сказать прямо, – присмотрись к Нине.

– В каком смысле?

– В личном. Она тебе подходит по всем параметрам.

– Это когда ты так решил? – Ну началось…

– Когда сидела в моём кабинете, показывая фото сына. Есть в ней что-то… лучистое, светлое, что ли. Не знаю, как объяснить. Но то же самое я видел в тебе до трагических событий. Кто знает, возможно, всё это можно вернуть. Да и Нина точно при желании ребёнка на дыбы не встанет, как Полина.

– Серёг, тебе сына надо, а лучше дочку, иначе у тебя сдвиг по фазе скоро начнётся. Ты мне всё больше напоминаешь психически больного с маниакальной зависимостью.

Знаю я, всё знаю. Закрываю глаза, гоню прочь омерзительные мысли. Прямо сейчас вспоминается каждая беседа с Полиной, каждая ссора, в которой фигурировали дети, каждый выпад.

– Так и есть, – подтверждаю, но неожиданно слышу протяжный стон. – Болит?

– Пока да.