Умница Эллиот

Это здание находилось неподалеку от Зала Независимости, поэтому я немного сменил курс, обогнул вокруг фонтана и рванул в обратную сторону, полностью игнорируя свистки и приказы полицейских остановиться.

Набегался я будь здоров. Мне удалось очень технично обдурить двух дубоголовых полицаев, юркнув за большой стенд с американским флагом у входа в музей. Особо то там и смотреть было нечего – только что сам ткацкий станок, с надписью «не прикасаться», большой макет первого флага в стеклянной раме с аналогичной надписью» не трогать, не лизать, не стучать» и фото этой самой Бетси со своим вышитым детищем, тоже в стеклянной рамке с похожими указаниями, в общем – скукотища.

Далее, удостоверившись, что полицейские убрались, откуда пришли, я пешим ходом добрел до церкви Христа, постоял там немного в проходе, перед алтарем, поблагодарив Иисуса за чудесное спасение на войне. Потом, мне почему-то захотелось оставить массивный крест тетушки Хуаниты, я достал его из кармана и положил на алтарь.

А пастор этой церкви, который все это время за мной наблюдал, потряс пальцем и с улыбкой мне объяснил, что оставлять прихожанам что либо в церкви строго запрещено. Я тогда взял крест и повесил этому доброму старичку на шею. Раз в церкви оставлять запрещалось, то почему бы не одарить этой прекрасной вещью самого пастора. Он провожал меня долгим пристальным взглядом, сгорбившись под тяжестью железного креста.

Третьим пунктом в списке значится Аллея Элфорта, и я иду прогуливаться по старинной улице восемнадцатого века, редким сохранившимся примером района рабочего класса.

Раньше здесь проживали кузнецы, стеклодувы и мебельщики. Затем шел Морской музей. Я с большим интересом глянул на бронепалубный крейсер «Олимпия» и парусник «Мошулу».

Когда я вышел с последнего, на улице крупными хлопьями валил снег. За мое прибывание в музее нападал уже прилично и продолжал набирать обороты. Я шел и ловил на язык снежинки, до того мне было весело.

А вел я себя, как слабоумный от того, что отродясь еще снега не видел за всю свою жизнь, там, откуда я родом, его не бывает.

В общем, пока я добрел до последнего пункта, который как раз значился на купальных трусиках Мерилин, разыгрался настоящий снегопад, снега было уже по голень. Главный городской парк был до краев полон жизнерадостных, счастливых людей. Народ лепил снеговиков, перекидывался снежками, куралесил по озеру на коньках.