Фрустотитул. Сборник рассказов

 – Тем более, к нам человек приехал с другого города. Первое дело тут.

– Что за машина?

– Вот эта.

Двое мужчин в футболках шли по громкому бульвару, набитому ларьками с сувенирами, едой и нарукавниками. Полному людей, идущих навстречу, в сторону моря.

– Есть идеи, Петя? Так же тебя?

– Стёпа. Так меня звать, Константин Владимирович. Я думаю несчастный. Выпил вечером, пошёл на море, упал с камней и утонул.

– Ну, это самое первое. А помимо есть мысли?

– Возможно что убили и в воду кинули. Ну вы видели, у него лоб рассечен.

Очень похоже на несчастный.

– Давай на «ты». Мы почти одного возраста.

– Ну как я на «ты» могу, Константин Владимирович? Вы меня и по званию старше и опыта у вас в разы. И с какого города к нам приехали!

– Это приказ. Со мной на «ты». А город что значит? У вас море, у нас река. Вся разница.

– Хорошо. А я Волгу не видел. А ты видел море до этого?

– Бывало.

Звонок запиликал в кармане брюк. Мужчина из другого города достал раскладушку, ответил и сухо слушал.

Напарник шёл рядом. Спокойно распинывал мелкие камни, в какой-то момент закурил.

– У нас труп. Утопленник. Возможно криминал. Свидетель ждёт нас.

– Далеко?

– Не знаю. Поехали.

Дорогу заливал дождь. Мягкий, тёплый и долгий. Автомобиль медленно свернул и начал набирать скорость. Прямая закончилась быстро.

Он тут уже долго живёт. Много раз видел горы. А я лишь единожды, с женой. Жаль, в этот раз не получилось её взять. Пусть отдыхает, ей скоро рожать. Перелёт и акклиматизация ей сейчас ни к чему.

Но ещё пару недель и я буду дома. Подождёт. И я тоже. А пока вновь посмотрю на горы. Сырые, рослые и откосые. Усеянные мелкими посёлками, аулами и пансионатами. Не одиноко им тут? Каждый год туристы приезжают. Точнее, отдыхающие. Туристы тут не говорят. Только в уничижительном смысле.

– А вы кофе из желудей пили?

– Может "ты"?

– Извини, не привык. Мой отец рассказывал, что во время войны они жарили жёлуди, мололи их и заваривали как кофе.

– Название знаешь?

Закуривая синего самца, начал крутить ручку.

Стекло опустилось, образовав щель и капли полетели на тёмные волосы и запястья.

– Нет. Отец называл его «желудиным», – не отрывая взгляд от дороги, проговорил водитель.

– Эрзац-кофе. Немецкий термин.

Стряхнул пепел в узкую щель за стекло. Тот потоками залетел обратно.

– Что ты имел в виду? – оторвав взор, кинул Стёпа. Зло сказал, не понял меня.

– Пил. И хлеб ел из желудей.

Мы молчали. Домой хотелось.