«Полонез». Книга фантастики

– Сладенькое… Знаешь, какой после него стояк наступает?

– Да пошел ты, урод!

Оставшееся до дома Гимарина время мы ехали молча. Я включил блюз и, поглядывая в зеркало на Аленду, пересевшую на заднее сиденье, знал, что все будет хорошо. Девушка постепенно оттаяла, перестала ежиться и называть меня всякими нехорошими словами; кажется, она даже забыла про мой гриб…

Наконец приехали. Я остановился в нескольких метрах от ворот, за которыми скрывался довольное помпезный, кичливый особняк, потому что дорогу нам преградило другое такси.

Я проводил Аленду до ворот, за ними топтались двое охранников и какой-то мужик в смешной красной шапочке в белую горошину.

– Это что еще за мухомор? – хохотнув, спросил я.

– Наш молочник, – безразличным, почти потерянным тоном пояснила девушка. – У них в фирме все так ходят. Это типа униформы. Подчеркивают свою долбанную экологию.

– Молочник-мухомор… А ты что, любишь молоко?

– Офигел?! Это Гимми умирает без молока, а меня выворачивает от него.

– А виски ты хоть пьешь?

– А то! С колой я все пью…

Прощаясь, я поцеловал Аленду на глазах охранников и мухомористого молочника, сел в машину и, дав задний ход, рванул с места.

*4*

Сегодня была пятница. Вечером мы втроем должны были по обыкновению собраться в баре «Полонез». На меня что-то нашло, после того как я расстался с Алендой, сердце мое переполняла радость, я был в ударе, мне хотелось покуражиться и совершить что-нибудь безрассудное… И тогда я решил разыграть друзей.

Я придумал для Михаила и Дика многоходовую комбинацию. Она была построена на вещах, которые я предвидел ясно, как день, но о которых не могли знать мои товарищи. Результатом розыгрыша стало то, что я заставил поверить их в невозможное: Михаила в то, что он уже сегодня утратит редкий дар обращать спички в живые растения, а Дика – что к нему вернется Берти, его любимая бабочка, которую раздавили во время недавнего митинга.

Выслушав мой сбивчивый, горячечный рассказ, приятели оторопели от неожиданности.

Но это длилось недолго. Уже через минуту они решили, что я задумал их жестоко развести: Михаила чуть не хватил сердечный удар, а Дик едва сдержался, чтобы не набить мне морду.

Потом, когда до них дошло, что я знаю о них такие вещи, о которых они даже не смеют догадываться, оба снова замерли, оцепенели, а затем, отойдя от шока, потребовали объяснений.

Первое предвидение было связано с Мари, женой Михаила.