Зеркала судьбы. Черные барханы

– Хорошо, когда отремонтируем зурайнак, полетим туда. Найдем людей, разыщем и тропинку домой.

– Немного отдохнем и за работу? – уточнил Дуглас.

Малкольм просто кивнул, свернул и убрал карты. Стал заносить посуду и остатки еды в зурайнак.

* * *

Отдыхали недолго. Солнце уже перевалило зенит и клонилось к западу. Ребята сели на ковролет и направились к пещере. Вскоре Малкольм разглядел пару каменных монолитов, присыпанных песком. Заостренные колонны словно сторожили полуразрушенный вход в тайный мир.

Изрезанная трещинами, покалеченная сколами, каменная арка, что обрамляла черную пасть входа в пещеру, казалась нерукотворной. И все же, смутное подозрение, ее искусственного происхождения, терзало Малкольма.

– Слишком все красиво, – произнес он. – Правильно, как-то.

– Тебе виднее, – ответил Дуглас. – Я полетел. Встречаемся тут часа через два или до зурайнака сам доберешься.

– Действуй по обстоятельствам, – хмыкнул Малкольм и указал в сторону оставленного летательного аппарата.

 – Если меня нет там, значит я все еще здесь.

Они стукнулись кулаками, и Дуглас полетел дальше. Он летел низко, едва не касался гребней барханов и вскоре скрылся из виду.

Малкольм постоял, осмотрелся и двинулся к черному провалу, что так подозрительно странно расположился посреди бело-желтых песков. Ярдах в пяти от пещеры, он ощутил дуновение прохлады и ускорил шаг. Подножие арки усыпали каменные осколки, которые хрустели под ногами. Эхо из темноты вторило каждому звуку.

Он сделал шаг-другой и ощутил, как неведомая сила, словно втянула его в темную разверстую пасть пещеры.

Он замер в полутьме коридора, понимая, произошло, что-то странное, и обернулся, чтобы проверить догадку. Малкольм шагнул обратно к входу и ощутил тягучее сопротивление, будто вязнет, но продолжил упорное движение, вперед, к свету.

“Пространственная петля, – подумал он, когда дыхание перехватило, и каждый вздох давался все труднее и труднее. – Воздух, воздух. . . поворачивать поздно. . .”

Он усилил натиск, когда в глазах замелькали мошки.

Казалось, нога ощутила свободу. Малкольм сделал последний рывок и с тяжелым хрипом оказался на свободе. Только не у входа, хрустя каменной крошкой, а в полутемном коридоре, откуда попытался выбраться.

Он вспомнил, как впервые попал в подобную ловушку и все же смог выбраться. Значит, здесь, что-то другое, подумал он, присаживаясь к стене, тяжело дыша и планируя повторить попытку, как только восстановит силы.