Андские рассказы. Возвращение домой

Мы привыкли к тому, что мы, взявшись за какое-нибудь расследование, вряд ли станем всерьез воспринимать версию с призраком: независимо от того, во что мы верим или не верим. Скорее всего, мы постараемся найти сугубо материалистическое объяснение происходящему. И уж тем более нам и в голову не придет, что журналисты (если только это не какие-нибудь чудаки из общества уфологов или чего-то вроде такого), не говоря уже о полицейских, станут в своем расследовании отталкиваться от версии, напичканной верой в потусторонние силы.

В Перу иначе. Перу – страна не просто верующая. Это страна, в которой религия играет очень важную роль в повседневной жизни, а христианство сильно замешано на традиционных верованиях. В Перу можно объявить себя неверующим ни в Бога, ни в черта, ни в привидения, ни в древние божества, и за это, разумеется, ничего не будет. Но настоящие перуанцы в своем подавляющем большинстве верят и в Бога, и в черта, и в привидения, и в то, что не всё так гладко и с древними духами и божествами. Господь, конечно, сильнее всех, но кто знает, кто знает? Ведь может быть и так, что сам Господь и послал все это на грешную землю. В обыденной жизни обычный перуанец почти наверняка только посмеется, услышав о безногом призраке, который мешает пройти домой или убегает на заправочную станцию. Но потом его обязательно начнут терзать сомнения. А чем больше он будет обнаруживать странностей, тем сильнее будут становиться его сомнения. Так что, в конце концов, он начнет копать именно в направлении потустороннего. Поэтому-то именно так и случилось что с привыкшими ко всякому полицейскими, что с журналистами El Diario Imperial, закаленными в ежедневной борьбе с собственными работодателями, каковые работодатели будут посерьезнее любого привидения.

Едва были установлены все эти факты, как журналисты и полицейские призадумались: почему погибший молодой человек вернулся в мир живых? В том, что он вернулся, ни те, ни другие уже не сомневались.

Но чем объяснить возвращение? Оно выглядело очень странным уже хотя бы потому, что тело молодого человека было, как и положено, похоронено на кладбище. Вот если бы его сбили, а потом спрятали – да хоть зарыли на той же заправке, – это многое могло бы объяснить. Но ведь нет! Он, как и подобает христианину, покоился в освященной земле и вроде бы как поэтому не должен был тревожиться душой и стремиться вернуться.