Профессия – палач

Через полчаса он и его тетка были уже в кабинете Скворцова. Майор ходил кругами и нервно курил:

– Ты понимаешь, что те журналисты, которые заполонили весь плац, по твою душу!?

– Дмитрий Владимирович, это очень большое, но совпадение! Я вчера хорошенько принял на грудь, и последнее что помню, как тетушка помогает мне раздеться на пороге…

– Это так?

Тетя Богатырева вступает в разговор:

– Это правда. Я уложила его спать. Проснулась часов в шесть утра, начала готовить завтрак, а Гордей все еще спал.

Его разбудил Ваш звонок.

– Ой, ребята, советую вам отсидеться здесь. Газетчики не дадут покоя, это уж точно.

Нельзя сказать, что это дело быстро, тихо и мирно уладилось тогда, но относительно скоро люд забыл про невероятное совпадение и странность смерти Семенова Антона. Зато Шустрый запомнил её навсегда. Шустрый отчетливо помнил разговор с незнакомцем накануне, но никак не смог вспомнить того самого незнакомца. Богатырев терялся бы в догадках о существовании таинственного незнакомца и убеждал бы себя, что это бред пьяного, если бы не письмо, найденное им в своем почтовом ящике: «Твое желание мне отчетливо понятно, и я солидарен с ним.

Считаю, что подонок должен получить по заслугам. Теперь об этом знаем только мы вдвоем. Если придется отвечать, то обоим». Шустрый сжег письмо. Никто не должен знать о нем! Гордей догадался от кого это послание и о чем оно. «Я соучастник! Какой позор!» – подумал следователь и взялся за голову, – «Если я сдам его, меня посадят прицепом. Но я даже не знаю кто он…».

Больше всего Шустрый раздумывал над последним предложением в письме, оно было родным для Богатырева, это девиз двух детдомовских ребят, которые с малых лет были опорой друг для друга. Любимая фраза Данилы по кличке Зуб. Зубарев Даниил Игоревич и Богатырев Гордей Иванович одногодки, были распределены в один детдом, в один день. Они тогда пошли учиться в первый класс школы. И если в чем-то был замешан один, смело можно было вызывать на ковер и второго, в такие моменты Зуб всегда произносил: «Не дрефь, если придется отвечать, то обоим! А на двоих одно наказание легче пережить…».

Зуб и Шустрый были как братья близнецы, понимали друг друга одним лишь взглядом, но судьба развела их на четыре года, пока Зуб отсиживал срок за грабеж. За год до получения таинственного письма Шустрым, Зуб вышел на свободу. Его поставили смотрящем на районе.