Персонаж

– Может, пойдем в спальню? Я принесу тебе самые искренние извинения, – я улыбнулся.

– Ты не боишься разбудить Эмму? – спросила девушка.

Эмму? Только не говорите мне, что у Алана есть…

– Папа пришёл! – в дверях показалась маленькая девочка с заплетёнными косичками.

Она подбежала ко мне и крепко обняла меня за ногу. На вид ей было лет пять.

– Хэээй, привет, – улыбнулся я и потрепал её светлые волосы.

Я в дерьме. В полнейшем, мать его, дерьме.

– Пап, ты поиграешь со мной? – спросила Эмма, посмотрев на меня тёплым взглядом.

– К-конечно, – ответил я, – конечно, поиграю. Пойдём.

Эмма схватила меня за руку и повела в свою комнату.

– Может, хотя бы переоденешься, Алан? – спросила девушка, посмотрев на мой потрёпанный костюм.

Может, избавимся от дочери и потрахаемся?

Я кивнул ей и прошёл за Эммой.

Гардероб пестрел разнообразной одеждой, начиная с деловых рубашек и заканчивая футболками с логотипами группы. Я взял синюю футболку и первые попавшиеся брюки и прошёл в комнату теперь уже своей дочери.

Придётся поиграть в заботливого папочку, прежде чем пуститься во все тяжкие.

Эмма сидела на полу среди множества разбросанных игрушек. В углу комнаты стояла детская кровать. На стене над кроватью висели цветные рисунки карандашом. Я подошёл и рассмотрел некоторые из них. На многих была изображена семья Алана. Барнса Эмма изобразила с гитарой в руках, рядом с ним стояла его жена и держала за руку саму Эмму. Над каждым человеком было написано имя.

– Папа, садись, – сказала мне Эмма, показав на пол, где рядом с ней лежали листочки и карандаши, – мы с тобой будем рисовать зверушек.

Её голубые круглые глаза посмотрели на меня с теплотой и надеждой. Этот ребёнок был самым милым существом, которого я встречал за последнее время. Стоп, что это? Проявление чувств? Проблески любви к чужой дочери? Выбросить нахер эту чушь из головы.

***

Первым делом я должен был избавиться как-то от этих отбросов и найти настоящего себя. Перспектива таскаться с ними весь день по свалкам, обдолбавшись коксом, мне не очень нравилась. Мы стояли в каком-то переулке. Джессика с Нилом обнимались, демонстрируя нам свои чувства. Майк положил газету на один из мусорных баков и сделал несколько дорожек кокаина.

– Ну, чуваки, налетай, – сказал он, занюхав первую дорожку.