Тики-Так. Фантастические рассказы

Это ж моя супруга Матрена», – подумал Тики-Так.

– Чего тебе надо? – пробубнил образ Гаврилы, ощупывая здоровенную шишку на башке.

– Деньги давай, брандахлыст. Иначе на улицу вышибу.

Поскольку Тики-Так уже проверил на практике в гостинице, что такое «вышибу», то и решил продолжить разговор по существу.

– Образец, пожалуйста.

– Какой те образец? Я вот дам ишшо по балде, будет те образец. Куды ни спрячу, везде найдет и пропьет, алкаш недоделанный.

– А куда ты в прошлый раз прятала? – спросил Тики-Так.

Заметив хитрый интерес Гаврилы, Матрена вдруг прекратила свое красноречие, озабоченно взглянула на Гаврилу и, перепуганная, бросилась к старому стулу.

– Неужто нашел, прохиндей?!

Просунув руку в дырку протертой обивки стула, она обнаружила там нетронутую пятерку.

– Господи, как напугал, – и, озираясь на Гаврилу, сунула оставшуюся от получки пятерку под лифчик.

– Сколько у тебя там? – спросил Гаврила.

– А те како дело? Одна пятерка только и осталась.

– А ты считать умеешь?

– Чего? Деньги, что ль?

– Да.

Умножать, например.

– Конечно, умею. Что я, дура, что ль.

– А ты умножь пятерку на два.

– Ну, десятка получицца.

– А если еще на четыре?

– Дык, четыре десятки.

– А еще?

– Че ешо?

– Еще на четыре.

Матрена задумалась. Стала считать на пальцах. Пальцев явно не хватает.

– А ты забыла, что у тебя еще на ногах пальцы есть.

– Ничаво я не забыла. Ета… Сто шисят рублев получицца.

– А если еще на четыре?

Матрена задумалась, шевеля губами.

Тики-Так чувствовал, как она безуспешно ворочает мозгами.

– Сам умножай. А я глупостями не занимаюсь.

– А ты взгляни, сколько у тебя к титькам прилипло?

Матрена взглянула под лифчик и ахнула.

– Откудова их столько взялось?

– Сколько насчитала, столько и взялось.

Разговор проходил на кухне коммунальной квартиры. Дед Антип, глядя на Матрену, разинул от удивления рот, забыв заменить уже заполненную самогоном пол-литровую банку. Тонкая струйка из самогонного аппарата переполнила эту банку, и живительная влага растеклась по деревянному столу.

Сидящий в углу с сигаретой в углу в ожидании процесса дегустации его одногодок Петро чихнул, и от сигаретной искры, попавшей на стол, возгорелось пламя.

– Горим! – заверещала Матрена, инстинктивно прижимая к груди обеими руками лифчик с деньгами.

– Гаси свой агрегат, – заорал на Антипа пенсионер, участник Великой Отечественной войны, Василий Иванович. – Рванет – ноги не унесем.