Мерцание «Призрака»: Ангелы Смерти

Тактическая рубаха холодила своей влагой под бронежилетом, несмотря на климатическо-амортизационный подпор, который не справился с одной из своих задач. Ощущения были не из приятных, но и не из смертельных, чтобы обращать на это особое внимание. Есть примеры, куда хуже, связанные со снаряжением и все их перечислить невозможно. На это просто не хватит сил, потому что заснёшь раньше, чем всё вспомнишь!

Говард подкатил поближе металлический столик на колёсиках, стоявший рядом с генератором.

На его поверхности лежали разнообразные инструменты, часть из них была найдена на чердаке со следами коррозии, а часть в фургоне. Возможно, бывший хозяин дома был либо дантист, либо извращённый садист, но в том и другом случае, точно фанат своего дела. Льюис ухмыльнулся, поймав себя на логике собственного рассуждения, и провёл кончиками пальцев в перчатке по металлу инструментов.

Пристальный взгляд Говарда упал на отца Джакомо, что вызвало в его сознании множество чувств: от ненависти и жажды мести до истинного милосердия.

Последнее чувство из списка заходило к нему в гости крайне редко и всегда изобиловало громкими и красочными эпитетами из Библии.

Льюис взял с поверхности металлического столика шприц-пистолет и заполнил его из баночки дозой антидота, проколов иглой мягкую резиновую мембрану. Он тут же выпустил воздух и излишек препарата, поднеся шприц-пистолет к шее святого отца, и вколол антидот.

Говард отошёл назад и бросил шприц-пистолет на поверхность столика, который брякнул о металл поверхности, издав небольшой звон. Секунды стремительно пролетели, превратившись в несколько минут вечности и застыли на стрелках циферблата наручных часов.

Отец Джакомо медленно открыл глаза, чувствуя нечёткость и расплывчивость картинки. Мрак, свет тусклой лампочки, искажали силуэт мужской фигуру, молча наблюдавшего за ним. Усмешка судьбы и её злобный оскал издевались над ним, тихим шёпотом на ухо напоминая о его грехах.

– Где я? – подняв голову, спросил отец Джакомо, приходя в себя после кошмарных грёз, вызванных транквилизатором. Холодное безмолвное дыхание морозило ему затылок, пробирая до самых костей от леденящего душу страха. – Что вам от меня нужно? – озадаченно и испуганно произнёс святой отец и продолжил ворочать головой, оставаясь под остаточным действием транквилизатора.